Почему внедрение катамаранов в водном туризме было непростым делом, за что можно покритиковать книгу Алексея Иванова и откуда взялась мысль написать новый путеводитель по Чусовой рассказывает краевед, автор наиболее полного путеводителя по Чусовой, туристический инструктор с 23-летним стажем Рудольф Александрович Кашин.

Рудольф Кашин о себе и туризме в СССР

Как я пришел к краеведению? Всё началось с туризма, я начал заниматься им ещё со школы. При чём тогда ещё это был туризм бродячий. Соберемся с пацанами, куда-нибудь уедем и сами не знаем куда уехали, и зачем, и что нам там надо! (Смеётся) Но уже тогда Чусовая привлекла меня. Я прочитал какую-то книгу собаковода, который описывал, как он со своим четвероногим другом плыл по Чусовой, и так красочно описал это путешествие, что оно меня задело.Потом, где-то уже в 9 классе, мы стали ходить в краеведческий кружок и тогда у наших походов появились уже какие-то цели, нам всегда давали какую-то небольшую информацию, куда мы идем.

Фото Кашин 1955

Самым запоминающимся для меня стал тогда поход в Ильменский заповедник, потому там мы ходили по копям. Там, вообще-то, не разрешалось, как и сейчас не разрешается, ходить по копям кому попало, в музей заповедника сходить можно было, а так, чтоб какая-то группа пошла по копям ходить — нет. Копи эти функционировали не для добычи, а как научные объекты, и приходили туда только студенты или ученые, которые брали образцы для институтов и музеев. Но нашему руководителю как-то разрешили нас туда провести. Мы увидели, как минералы лежат, как находятся, как их разбирают. И вот после этого похода у меня уже появилось чёткое понятие, что в поход надо ходить не просто погулять, а узнавать что-то новое.

После армии я устроился на завод «Три тройки», где у нас образовался коллектив туристов. Появился Миша Малинин — наш ровесник, который по туристскому интеллекту был выше нас. С ним мы уже стали ходить в многодневные, категорийные походы. Тогда с предприятий спрашивался отчет по партийной физкультурной работе, например, информация о количестве спортсменов-разрядников на предприятии, а туризм давал разрядников больше всех, поэтому завод поддерживал нашу туристическую деятельность финансово. Если завод «просил» поработать 2 смены подряд, что, вообще-то, официально, запрещалось, мы работали, не ерепенились (смеётся), из-за этого администрация шла нам на уступки в плане походов. Плавали тогда и по Чусовой от Нижнего Села до Харёнок, брали автокамеры, настилали сверху жерди — получались плоты.

В 1974 году я пришел работать туринструктором на гору Хрустальную, водил пешие и лыжные походы на Чертово городище, на озеро Песчаное, в направлении Нижних Серег. Ведь Хрустальная находится в очень интересном месте, в её окрестностях очень интересные археологические памятники, но сегодня эта местность изуродована человеком- там сейчас торфяники, дачи, а тогда ландшафт там был естественным.

В 1980 году я стал работать на старейшей туристической базе Свердловской области- Коуровской (была открыта в 1934 г. -ред.), там продолжал действовать всесоюзный водный маршрут по Чусовой и сюда меня привлек большой поток туристов. Теоретически считалось, что в день на маршрут должны выходить 40 человек, а выходило 60 — 80. Много было приезжих из других регионов. Сюда, на Чусовую, не ехали «матрасники», ведь маршрут предполагал настоящую походную жизнь. Одни палаточные городки тех времен чего стоят! Сейчас вон какие палаточки! А тогда были палатки-«собачники», и они были для нас пределом счастья! (Смеется.) Ехали люди, которых тянуло к природе и новым знаниям.

Инструкторов, сопровождающих группы, набирали тогда из студентов УПИ, педагогического, юридического институтов. Инструктора часто менялись, т.к. год — два, пока учатся, они работали, а потом уходили, на их место поступали новые ребята, которых надо было обучать с нуля. Поэтому раньше с инструкторами была, конечно, беда.

На Коуровской турбазе я проработал до 69 лет, водил экскурсии по окрестностям, ушёл в 2003. Сейчас я живу напротив базы, на другом берегу Чусовой, в старинном селе Слобода. Свой дом здесь я поставил рядом с историческим местом. В архивах сохранились карты этого участка Слободы и я пользовался ими. Из окна я вижу бывшую пристань, на которой грузили барки, здесь же рядом стояли магазины- амбары с продукцией для перевозки.

У меня изданы 3 книги: путеводитель «Путешествие по Чусовой», летопись села «Слобода на Чусовой» и сборник чусовского фольклора «Страна Чусовия». Сейчас я работаю над «Энциклопедией реки Чусовой».

О первых катамаранах на Чусовой

Сейчас большинство сплавляется на катамаранах, а раньше сплавлялись на обычных тяжелых деревянных лодках. На Чусовой летом совсем не высокая вода, поэтому туристы, которым по мели приходилось тащить эти нагруженные лодки на себе, смеялись: «Мы не проплыли, мы прошли по Чусовой.». Лодки эти привозили из города. Положат в кузов машины 5 лодок штабелями в 2 ряда и пока довезут их до базы второй сверху ряд лодок нужно было ремонтировать, а 3 нижние лодки привозили уже на выброс, и вот такие убытки несли. Тогда мы с товарищами задумали внедрение катамаранов. Но руководство базы привыкло к деревянным лодкам: «Что это? Плавать на резинках? А если у вас люди утонут?» Я говорил им о выгоде, но в ответ слышал только «Нет.» Из-за моей попытки внедрения катамаранов для руководства базы я оказался «с приветом». В общем, на этой почве разногласий с руководством меня в 1982 году и вышибли.

P1120718

В 1988 году на Коуровской базе появился новый директор, он знал обо мне от сотрудников базы и пригласил меня обратно. Я снова вернулся на родную работу. И вот при этом директоре, Николае Константиновиче Максименко, у нас дело пошло. Все новации, как сейчас говорят, он очень хорошо воспринимал.

Вначале мы договорились о поставках с шинным заводом, они заварили с двух сторон «кишки», из которых делают шины, вставили нипели и нам эти «кишки» отправили. Но эти гондолы получились тяжеловаты и у нас вышли не катамараны, а плоты. В итоге мы привязывали 4 таких баллона под плот и шли на таких конструкциях от Коуровки до Кына. Но, по крайней мере, это был прогресс в том плане, что плоты не разваливались как лодки при перевозке. И для туристов комфортность таких конструкций была выше, чем на лодке, повысилась безопасность — плоты не переворачивались как лодки.

Потом в Свердловске появилась фирма по пошиву туристского снаряжения, в которой уже начали делать катамараны на заказ. Но тогда беда была в том, что не было хороших материалов. Гондолы для катамаранов были полиэтиленовые и вначале этот материал был качественным, а потом пленка стала пузырить. Мы переговорили с руководством фирмы и они стали делать гондолы из других материалов. Но и эти материалы выдерживали только года 2 — 3.

Рудольф Кашин о путеводителе

Чусовую мне приходилось плавать каждый год, перед каждым сезоном я проплывал весь маршрут, намечал и оборудовал стоянки, поэтому, естественно, я хорошо знал реку и накопил кое-какой краеведческий материал, мне ведь нужно было давать туристам какую-то информацию. Вначале я воспользовался путеводителем по Чусовой 80-х гг Постоноговых (Постоногов Е.И., Постоногов Ю.И.., «По Чусовой» -ред.), но в нём я нашёл ошибки, например, что деревня Каменка, описанная у Мамина-Сибиряка в «Бойцах», это и есть та Каменка, что находится по соседству с селом Слобода. Некоторые туристы, которые тоже читали Мамина-Сибиряка, проплывая Каменку, говорили: «Так что-то здесь совсем не то!» Я ничего не мог им объяснить и тогда начал заниматься историей Чусовой основательно. Дело оказалось в том, что Мамин-Сибиряк писал художественное произведение и пристань он описал правильно, только в его тексте под названием Каменка скрывается Усть-Утка.

P1120709

В общем, в начале 90-х гг я начал писать путеводитель для туристов сам, потому что книга Постоноговых меня не устраивала. Информацию для книги я собирал работая в архивах, изучая исторические книги, сам я ничего не выдумывал. Особенно интересными оказались труды ученых, которые исследовали Урал и были на Чусовой. Начал общаться с жителями, собирать их воспоминания, в том числе местный фольклор. Но о фольклорной книге я тогда не думал, книга с чусовским фольклором («Страна Чусовия» -ред.) вышла у меня лишь в 2012 году.

Написанный путеводитель мне тогда издать не удалось, областного совета по туризму в 90-е гг уже не было, спонсоров не нашлось, никакой опоры в каких-либо структурах у меня не было. Да и кто обо мне знал, какой-то обычный инструктор турбазы…

В 2008 году начал работать природный парк «Река Чусовая». Министерство природных ресурсов решило создать архив особо охраняемых территорий. Сначала за основу хотели взять книгу А. Иванова  «MessageЧусовая», так как она к тому моменту была уже очень популярна, но когда приехала группа московских кинематографистов снимать документальный фильм «По реке Чусовой», сотрудники Парка направили их ко мне в Слободу. И в этом же году Парк издал мой путеводитель по Чусовой, за что я благодарен сотрудникам.

Об Алексее Иванове

Я прочитал все книги Алексея Иванова. Скажу прямо, пишет он красиво, как художественному писателю, литератору ему нужно отдать должное, но беда в том, что он не проверяет информацию о реке. Ухватив тему «Бренд «Чусовая», внутри этого бренда он «лопает» всё, что попало, всё, что услышит, берёт, помещает в книгу и при этом не проверяет. Но это, опять же, его хлеб. С одной стороны, я критикую его за  «MessageЧусовая», а с другой стороны, ему тоже хочется кушать с маслом. Но в качестве путеводителя книгу Иванова брать не советую. В рецензии для крупного книжного магазина Екатеринбурга я четко описал какие фактические ошибки есть в книге Иванова и на каком основании эта информация у него ошибочна. Ну, скажем, перепутал Иванов Ремезова с Рязановым. Ремезов — это ученый, географ, а Рязанов- боярский сын, который заложил казенную пристань у нас в Слободе и был первым лоцманом барочного каравана. А Иванов приписал это Ремезову и Андрею Виниусу- дьяку, организатору металлургии на Руси. Ну зачем это? Это же глупость! Разве Петр I поставил бы ученого строить какую-то уральскую пристань? Это всё равно что хорошего доктора направить на рубку плотов. Виниус был государственным деятелем, у него хватало хлопот и без этой пристани, он лишь выбрал место и обязал Тобольского губернатора решить вопрос постройки. Ну зачем же обманывать людей? В ревдинском музее есть экспонат барки, который не соответствует барке реальной. Там стоит барка с одним рулём, но если такая барка поплывет самоходом по течению, одним рулем её никуда не направить, все чусовские барки были с двумя. Если где и могла плыть такая барка, то только в низовьях реки, где её тащили бы бурлаки. Откуда музейщики её взяли? Опять же, у Иванова. Мне неприятен и тот факт, что Алексей Иванов пишет, будто именно нынешнюю Каменку Мамин-Сибиряк описывает в «Бойцах». Ну хоть бы он сам прочитал Мамина-Сибиряка, тем более в Каменке Иванов был! В общем, с одной стороны, Иванов дал отличную рекламу реке, за это ему спасибо, но, с другой стороны, зачем давать неправильную информацию?

О реке Чусовая

Какого-то особо любимого места у меня на Чусовой нет, мне здесь везде нравится. Чусовая притягивает к себе, но не всех (смеётся), тяга эта зависит от менталитета и интеллекта. Художников и фотографов тянут пейзажи, у геологов, ботаников, археологов свой интерес, потому что здесь они найдут для себя богатый материал, этнографов, фольклористов привлекает история и народное творчество, у туристов свой интерес…

В свете последних событий я очень воодушевился. Во-первых, на реку пришли люди, которые прочитали мой путеводитель, мне, конечно, это приятно. Во-вторых, сейчас пришло новое поколение туристов — интересующаяся историей реки, молодежь. Мне это очень нравится и даёт мне душевные силы. Вообще, сейчас обращают большое внимания на развитие туризма на реке, но здесь проблема в том, что исторические места и пристани на Чусовой никак не обозначены. Вот не сказал бы я вам, что мы сейчас находимся на месте пристани, вы бы и не знали этого. Однажды ко мне приехали молодые ребята: «Рудольф Александрович, давайте проедем на машине, вы нам покажете старые пристани.» Мы с ними поехали, а мне и показать- то, по сути, нечего. Пусто, заросли, ямы.

Мне хочется донести до людей, что такое река Чусовая. Я думаю, через 50 лет она будет мировым туристским объектом. Но если не сделать всю реку, от самого истока особо охраняемой территорией, то возникает опасность негативного воздействия человека. Да, сегодня идёт большой поток туристов, но эти частные фирмы, по сути, ни за что не отвечают. Хорошо, если группы идут по территории природного парка, потому что там работают егеря, оборудованы стоянки. Но даже на территории Парка есть проблемы, например, с «черными» археологами, и беда не в том, что они что-то там из земли возьмут, а в том, что они нарушают геологическую структуру участка.

Сейчас меня называют кто краеведом, кто писателем, я всегда поправляю: «Я писателем никогда не был, а вот краеведческой работой я занимался.» . Я — фанатик Чусовой, хотя считаю, что фанатизм — это вредная привычка, и я против всякого фанатизма. Я стараюсь, чтобы мой фанатизм был обдуманным, основательным, я никогда не буду приписывать реке того, чего здесь никогда не было. Я готов нести ответ за свои слова. Вместе с тем я не хочу, чтобы читатель не считал меня истиной в последней инстанции, а всегда имел своё мнение…