Более ста лет назад, в 1912 году, Императорское Русское географическое общество учредило Природоохранительную комиссию. Её создателями стали профессора Московского и Санкт-Петербургского университетов, географы, зоологи, ботаники. Комиссия работала до 1918 года. И главным результатом её деятельности стал план создания сети заповедников на территории России. Полностью осуществиться ему не было суждено, однако на основе этого плана уже в советское время открылись заповедники во многих регионах СССР.

Первым в России был выполнен проект организации государственного соболиного заповедника «Матвеевская парма» в истоках рек Колва и Лозьва на Северном Урале в 1912 году. Эта работа была выполнена студентом Императорского лесного института Валерианом Ивановичем Белоусовым.

Валериан Иванович БелоусовКак все начиналось?

Судьбой соболя и соболиного промысла в России передовые русские ученые были озабочены еще во второй половине XIX столетия. В начале XX века в Департамент земледелия организовал целую серию экспедиций по изучению состояния охотничьего дела в России. Такая экспедиция была предпринята и в Пермскую губернию.

«Во второй половине лета 1912 года два студента Императорского Лесного Института, автор настоящего отчета и Е.Н. Фрейберг, были командированы Департаментом Земледелия в северную часть Пермской губернии с целью исследования современного положения соболиного промысла…». Мы цитируем публикацию В.И. Белоусова, изданную в серии «Материалы к познанию русского охотничьего дела» (выпуск 7, Петроград, 1915) под заголовком «Опыт обследования соболиного промысла и промысловой охоты вообще в Чердынском и Верхотурском уездах Пермской губернии».

Руководил экспедицией Валериан Иванович Белоусов, которому на тот момент шел двадцать первый год. Вместе с ним находился Евгений Николаевич Фрейберг, впоследствии ставший известным моряком, картографом, геофизиком, геологом и писателем.

Евгений Николаевич ФрейбергДорогу осилит идущий

Экспедиция началась 20 августа (по старому стилю) в Соликамске, но окончательно маршрут был намечен только в Чердыни. Предстояло проехать на Печору (её верховья тогда входили в Пермскую губернию), затем нужно былоперевалить через Уральский хребет и сплавиться по Лозьве до населенных мест.

В селе Тулпан на севере Чердынского уезда, где заканчивался земский тракт, экспедиция наняла лодку как более удобное и дешевое средство передвижения. Но членам экспедиции пришлось идти по берегу Колвы пешком, так как лодка оказалась перегруженной восемью пудами имущества экспедиции.

Путешествие в Чердынь
Река Колва, а внизу — посад

Невысокий перевал между Колвой и Уньей Белоусов и Фрейберг был преодолен на лошадях. Затем вновь лодкой: сначала вниз по течению по Унье, а дальше в верховья Печоры, чаще шли по берегу пешком.

В деревне охотников-промысловиков «У камешка», последней деревне в верховьях Печоры, экспедиция задержалась на три дня — 5 и 6 августа были праздники (Воскресенье и Преображение) и местные крестьяне-старообрядцы, чтящие праздники, не повезли экспедицию.

Однако главные трудности подстерегали путешественников дальше. У устья речки Порожной, в семидесяти верстах от ближайшего жилья, началась непредвиденная десятидневная остановка. Для перехода через Уральский хребет предполагалось нанять вьючных оленей. Но из-за недостатка ягеля оленеводы откочевали севернее, к ним пришлось отправлять проводника. Однако даже обещание хорошей оплаты не помогло: оленеводы опасались, что упряжь легко травмирует оленьи шеи, так как у оленей была короткая летняя шерсть, и, кроме этого, стояла жаркая погода. Плюс ко всему заболел Е.Н. Фрейберг, у него из-за неблагоприятных условий началась лихорадка.

Удалось приобрести лошадь только у случайно встреченного охотника. На ней, в сопровождении проводника, был отправлен к ближайшему жилью больной Фрейнберг. Затем, после возвращения проводника с лошадью, был начат переход через Уральский хребет. От езды по горам лошадь так сбила себе ноги, что ее пришлось отдать встреченным оленеводам с условием — доставить В.И. Белоусова, проводника и экспедиционный груз на реку Лозьву. Оленеводы также помогли продовольствием, продав немного муки и масла, собственные припасы в экспедиции подошли к концу.

Молебный Камень, реки Вижай и ЛозьваПо Лозьве пришлось сплавляться на плоту. Лето было засушливым и воды в реке было мало, то плот часто застревал на речных перекатах. Такое плавание продолжалось в течении шести дней, до встречи с охотниками-манси. У которых удалось не только взять на прокат лодку, но и испечь хлеб. До этого на протяжении всего пути по Лозьве экспедиция питалась исключительно тем, что удавалось подстрелить на охоте.

Этот, самый трудный этап экспедиции, был завершен 14 сентября в селе Никита-Ивдель — самом северном населенном пункте Верхотурского уезда, до которого доходил почтовый тракт. Здесь к экспедиции вновь присоединился Е.Н. Фрейберг.

Завершилась экспедиция 23 сентября в Соликамске, там же, где и начиналась. За два месяца было преодолено 1828 верст, из них по железной дороге – 618 верст, на лошадях и северных оленях – 340 верст, на лодке – 390 верст, на плоте – 60 верст и пройдено пешком 220 верст.

Итоги экспедиции

Позже В.И. Белоусов писал: «Вся парма покрыта прекрасными кедровниками. В них в большом количестве живут звери и птицы, любящие кедровые орехи. Обилие пищи и чащевитость Матвеевской пармы привлекает и соболя. Этот факт при опросах отметили и здешние охотники с Печоры и Уньи. Они тоже считают Матвеевскую парму лучшим «соболистым местом».

В отчете об экспедиции, В.И. Белоусов выразил идеи в значительной степени опередившие свое время. Показав, с цифрами в руках, что экономическое значение охоты на соболя невелико, даже в сравнении с другими промысловыми видами, и не только пушными, он говорил о необходимости сохранения соболя не только и не столько как объекта промысловой охоты, а как редкого, типичного зверька русской фауны.

Отчет Валериана Ивановича по сути представлял собой первый в России проект организации заповедника для охраны соболя. Причем он завершал свое исследование словами: «Тут с малыми средствами лучше не начинать дела. Самое слово «заповедник» показывает, что дело должно быть поставлено на твердую почву и должно вестись непрерывно и длительно. Если заповедник хоть на один год обратится в «незаповедник», то все пропало. В другой раз на том же месте заповедника не основать…».

Валерианом Ивановичем были составлены сметы расходов на создание заповедника и ежегодных расходов на его содержание. Были предусмотрены: прокладка дороги, строительство жилья для стражи и всех хозяйственных построек, караульной вышки, установки пограничных столбов и расчистка русла реки Апсии от лесных завалов с целью предохранения заповедника от лесных пожаров.

Среди расходов предусматривались и средства на распространение литературы об охране соболя среди местного населения.

Проект заповедника В.И. Белоусов представил в Департамент земледелия. Однако правительство России не сочло возможным выделить 28 тысяч рублей. Проект соболиного заповедника на Северном Урале так и не был реализован.

Лишь в 1917 году был создан первый заповедник в России – Баргузинский

Вместо послесловия

Остается добавить, что у Валериана Ивановича Белоусова оказалась нелегкая судьба.

Выпускник Петербургского лесного института участвовал в «соболиных» экспедициях, организованных основоположником научного охотоведения А.А. Силантьевым. В 1915 году вошёл в состав Саянской экспедиции Д.К. Соловьева, провел обследование соболиных угодий по реке Кизир. Им был составлен проект Саянского заповедника. В 1916 году, по окончании института, его назначили заведующим Казырсукским промыслово-охотничьим хозяйством — первым такого рода в России. Затем Валериан Иванович основал биологическую станцию в устье реки Каракем на Енисее. А 9 февраля 1938 года отряд НКВД арестовал Белоусова прямо на его таежной биостанции. Ему было предъявлено обвинение в «контрреволюционной троцкистской деятельности» и шпионаже. Его приговорили к расстрелу. 2 сентября 1938 года приговор был приведен в исполнение… Валериан Иванович был реабилитирован посмертно только в 1960 году.

Несколько иначе сложилась судьба Евгения Николаевича Фрейберга. На берегах морей Баренцева и Лаптевых возвышаются две горы, носящие имя этого человека.

Вообще-то специальностей у Фрейберга было много: лесовод, зоолог, охотовед, геолог, моряк, речник, картограф, геофизик, строитель, писатель. В 1908 году он окончил Первую Петербургскую гимназию и поступил в университет, но в 1910 году перешел в Петербургский лесной институт, из которого был выпущен в 1914 году с дипломом ученого-лесовода и естественным желанием приступить к самостоятельной работе по выбранной специальности.

Но жизнь, как это часто бывает, внесла в его судьбу свои коррективы. Началась Первая мировая война, и Фрейберг ушел матросом-добровольцем на Черноморский флот.

Участие Фрейберга в бесчисленных ночных минных постановках у Босфора, когда одинаково легко было взлететь на воздух как от своей, так и от неприятельской мины, было отмечено двумя медалями «За храбрость» на Георгиевской ленте. А через год к ним добавился офицерский орден Святой Анны. К тому времени Фрейберг был произведен в мичманы и командовал третьей башней главного калибра линкора «Севастополь».

В 1923 году Фрейберг демобилизовался, и закипела его такая же разнообразная и активная гражданская жизнь. Начал он ее с командировки на Байкал, где руководил плавсредствами экспедиции, изучавшей фауну Байкала.

Евгений Николаевич окончил Горный институт, авиационные курсы, был первым начальником советских Командор, делал карты Новой Земли и Якутии, строил полярные станции, открывал месторождения на Таймыре и в Казахстане, сохранял байкальского соболя и ямальского песца, экологически пестовал ленинградские и новгородские леса, писал книги для детей и взрослых.

Интересно? Расскажи друзьям!
Нам нужна ваша помощь!
avatar