Есть в Сургуте набережная Кайдалова, что напротив парка Саймовского. Сейчас там стоит несколько домов невысокой постройки. Рядом двухэтажное деревянное здание первой сургутской школы. Набережная именем Кайдалова названа не случайно – в «старом» Сургуте была такая улица.

Координаты для GPS-навигатора

61.23690202282264, 73.41779449999989

Набережная Ивана Кайдалова на карте

Расстояние от крупных городов

Екатеринбург Показать маршрут
Челябинск Показать маршрут
Пермь Показать маршрут
Уфа Показать маршрут
Курган Показать маршрут
Оренбург Показать маршрут
Тюмень Показать маршрут
Ханты-Мансийск Показать маршрут

Верховские

Она, в свою очередь, была названа в честь одного из первых комсомольских организаторов в Сургуте – Ивана Матвеевича Кайдалова, убитого бандитами в 1921 году во время кулацко-эсеровского мятежа. До присвоения этого имени улица звалась Мартовской, а еще раньше – Кладбищенской. Проходила улица с северной стороны города. По описанию Ивана Захарова в книге «Моя земля», на улице (вероятно, в середине ХХ в.) стояло более трех десятков домов. В том числе здания Госбанка, райфинотдела, райкома партии, колхоза «Красный северянин». В глубине улицы стояло здание районного Дома культуры. У него была печальная история. Построен Дом культуры был, как говорится, «всем миром» в 1963 году, а 20 июля 1974 года сгорел дотла. В нем размещалась и библиотека с богатейшим книжным фондом. Можно себе представить переживания горожан, оставшихся без единственного очага культуры и без «кладовой знаний». Годы ушли на то, чтобы оправиться после такой потери.

На улице Кайдалова, как будто по иронии судьбы, стояла и первая сургутская водокачка. Пользовались ею практически все жители так называемой верхней части Сургута. В обиходе – «верховские». И мне довелось наполнять большую флягу водой из этой водокачки. Отправлялась с флягой в дом, стоявший на Кайдалова, 8, – по адресу моей первой прописки в Сургуте и места проживания, куда я прибыла 28 лет назад.

Менщиковские

Дом этот был одним из двух, как их называли, «менщиковских». Один стоял на углу, а второй рядом. Построены дома были тремя братьями Менщиковыми: Иваном, Василием и Федором. Отца братьев казнили за участие в мятеже на Дону, а его жену с сыновьями отправили на вечное поселение в Сибирь. Сыновья были приучены к хозяйскому делу и топор умели держать в руках – поставили дома для семьи. В одном зажил Федор, в другом — Иван да Василий. По сей день помнят старожилы те дома, что стояли у всех на виду. Станешь говорить что-либо про «старый» Сургут и для пущей ясности скажешь: «Да близ менщиковских домов дело было», — и раздается в ответ: «Так бы сразу и говорили!». Время прошло, обзавелись братья семьями. Дети народились. У Ивана – шестеро: Вера, Алексей, Василий, Иван, Галина и Ираида, у Федора – трое: Федор, Семен и Пантелеймон, а у Василия целых восемь — трое парней и пятеро девчат. Так и росли в Сургуте Менщиковы: Иванычи, Васильичи и Федорычи.

nk2

Всякое за столетия пережил дом-красавец. В годы Великой Отечественной войны он пребывал без хозяев – судьба разбросала Менщиковых по стране. А дом-то большой, приветливый, вот и открыли на время отсутствия хозяев в нем детский сад. Затем крепкий дом снова зажил «семейной» жизнью. С течением времени разделили его на три части для трех семей Менщиковых: Ираиды, Павла и Марии. Дом, надо сказать, крепко врос в землю корнями, стоял до последнего в «старом» Сургуте. Снесли, когда уж многоэтажки вплотную подобрались к ограде.

Когда волею судеб мне довелось поселиться в «менщиковском» доме (середина 1980-х), ему на ту пору было 110 годков! Надо сказать, братья ставили жилище на века. Огромные бревна крепко-накрепко друг к другу уложены. Плахи на полу и потолке шириной примерно от 30 до 40 см, одна к одной подогнанные. Печи ладные. Подпол широк и глубок, что в лютые морозы домашней птице, что держали, там привольно было. Крылечко высокое под навесом, ставенки резные. А комнаты светлые какие! На одну только «уличную» сторону восемь окон глядело.

Над крышей дома покачивались ветви черемух, рябин и березок. Крепкое крылечко всегда дочиста было вымыто. Створки окон, что выходили на улицу, на лето открывались. Занавешивали их, конечно, от комаров и мошек марлей, но сквозь них доносилось жужжание моторных лодок с близкого берега Бардыковки. С нее же и таскали воду на полив да уборку. Ведер по двадцать на один полив. Зимой березовыми поленьями топили печь, на которой частенько и готовили еду. Надежный был дом, но тихий в последние годы перед сносом. Оживал только летом, когда переехавшие в новые жилища хозяева приходили с огородом возиться. Вот и у нас благодаря ему квартира имеется. Только уж как хочется хоть иногда побывать в доме том!..

Интересно? Расскажи друзьям!
avatar