Давно хотелось сходить на Таганай в конце сентября, когда берёзы не просто жёлтые, а потемневшие — янтарные, медные, и чтобы эта медь под ногами лежала. Два года назад я попытался отыскать там неких Болотных Братцев, и упавший останец на неведомой Терентьихе, руководствуясь одним красивым, но туманным отчётом — удалось тогда найти лишь половину. И вот, звёзды совпали, и я рванул в нацпарк.
Погода хорошей – стала совсем недавно, а перед этим на всём Урале дважды прошли многодневные дожди, вызвавшие на Таганае просто потоп – смыло Горбатый(Олений) мост, и мост на Киалимском кордоне.

Идти мне получалось — на пятый день после наводнения. Вся вода стечь ещё не могла, и, с учётом обычного нашего болотинга, я взял в запас короткие сапоги.
План был таков: в первый день пойти по нижней тропе, оставить вещи на Водоразделе, перевалить через Монблан на восточный его склон, по просекам уйти на север, найти на высоте 661м «Пизанскую башню» и прочие останцы (как часть, найденных два года назад, Болотных Братцев), вернуться по просеке на нижнюю тропу, забрать вещички, и уйти ночевать на Заячью поляну. На второй день — матрасить: пройти по нижней тропе до стоянки Гарбера, попутно заскочив на Терентьиху (найти упавший останец). На третий день – поработать: перевалить через Круглицу, залезть на Откликной, и далее, по Курганской тропе — на выход, опять через Железный мост..

Т.е. всё – почти, как два года назад, только в обратную сторону, да ещё на час сократился световой день, и добавились последствия потопа.
С билетами опять получилось неплохо: туда – в купе на верхней полке, дешевле плацкарта, 870 рэ, а обратно – опять же забесплатно, по РЖД-Бонусу: нижняя полка в купе, за 170 рублей. Вроде и езжу-то редко, а за два года набежало баллов…  Плюс 100 рэ – за вход, плюс баллон газа. Итого, поход уложился в 1200 рублей.

28 сентября

В 9 утра понедельника на ресепшн я был один! А по выходным тут – часовые очереди, чтоб зарегиться. Метров через триста прикопал консерву и повербанк – на всякий обратный случай, и зашагал в гордом одиночестве. После поворота на Нижнюю тропу началась липкая глина и обходы – обходы я запоминал, ибо обратная дорога предполагалась уже в темноте, с фонарём.

Тесьма имела привычный вид, и было трудно представить, что она тут недавно что-то смыла. Ручьи начались после Весёлого ключа, причём текли они и слева, и справа, и прямо по дороге. Скорость была никакая: скачешь и скачешь по камням, которые ещё и плохо видно — «на ковре из жёлтых листьев».. И так получилось, что уже к Писанному Камню захотелось жрать, а я планировал обедать – перевалив за Монблан, короче, не сходилось в моих расчётах что-то.

Большая Каменная река и Двуглавая Сопка
Вода, камни и листья — пёстрый ковёр

И я встал у родника пообедать, и подумать.. Получалось, что на всё мне не успеть, что нужно пожертвовать или Монбланом, или Пизанской башней. Ситуация была тем более странной, что зимой, с девочками, мы к обеду дошли до приюта Таганай, т.е. скорость у меня сейчас была чуть не в два раза ниже, чем девчачья зимой.
От родника я пошёл уже в сапогах: так по воде идти проще, но больнее — подошва мягкая, и стопу ломает на камнях.

Зеркало — одна большая лужа, на сотни метров
но местами есть обходы

Бросил рюк на развилке к Заячьей поляне, да и зашагал налегке по просеке на восток. Сразу началось болото по щиколотку, а два года назад было сухо, что же будет там, дальше? Сомнения грызли, но я вдруг сообразил, что болотина там, дальше – не болотина, а река по просеке, и её можно будет обойти по лесу, и успокоился. Успокоился.. и влетел ногой в яму, но портянка не пустила много воды внутрь сапога. Так-то грустненько, ибо не вода это в сапоге, а грязная жижа, но согрелась, не натирает – и ладно. Реку посреди тропы я и вправду легко обошёл по лесу – т.е. весьма быстро и удачно доскакал до поворота к Болотным Братьям. Солнце, меж тем, падало к закату быстрее, чем я скакал.

Прошёл ещё по просекам — на восток, и на юг, по километру с небольшим, без особого труда переправился через Большой Киалим, и вот тут уже пришлось всматриваться в профиль холмов, чтобы понять, где вершина 661. Началось верховое болото, по щиколотку. И на самой макушке 661 обнаружилась скала, с головой наверху – этакий толстый Болотный Сфинкс.

«Болотный Сфинкс»
«Голова» Сфинкса

Далее – бегом, на северо-восток, ко второму холму: там-то и нашлась искомая «Пизанская башня», причём даже не так — нашлась стена, метров сто длинной, на одном конце которой стоит эта удивительная наклонная штука, а на другом – как из брёвен рубленная, крепостная башня. Красота, тишина, удача — эмоции накрывают с головой!

«Пизанская башня»
наклонена — ого-го как!
Вторая башня
будто рубленная из брёвен

Теперь бегом обратно – через реку, по просекам на север, на запад. Иду, ору песни, свищу в свисток, файер наготове. Прикидываю, как сварю сейчас супешник (половину оставлю на завтрак), посмотрю звёзды и планеты с поляны, подложу под коврик штаны и свитер, чтоб теплее, крепко усну, а рано утром сбегаю на Монблан, и наверстаю упущенное.

Трудные участки позади, настроение хорошее, сумерки.. сколько ни всматривался в листья – всё равно проворонил под ними яму-оконце, влетел в неё сразу обеими ногами, по самые помидоры! Выскочил — сапоги полные, штаны грязные, других штанов нету.. Отжиматься смысла нет, можно и ещё не раз провалиться, бегом по воде до нижней тропы, зажёг фонарь, отжался, всё грязное и вонючее. Температура падает к нулю. До приюта – полтора километра, там можно поселиться, протопить печь, постираться и высушиться.. Но как я буду выживать, когда у меня не будет хватать чего-то, если я не хочу выживать сейчас, когда у меня есть всё? У меня есть даже кемпинговый фонарь! И я бегу от приюта, к рюкзаку — он меня согреет, и дальше – к Заячьей поляне, и ставлю палатку, пока не остыл.. А когда остыл — уже сварился компот, нарезалось сало, и осталось только стянуть с себя липкую грязь, и пойти стирать и купаться.. в ледяной воде, но это терпимо, когда внутри горит сало)) Звёзд не увидел, только большая жёлтая луна светила сквозь деревья… И уже в 22-00 я уснул в тёплом спальнике.

29 сентября

Спалось очень хорошо, аж до 7-15 — всё равно на Монблан идти не в чем, да и еды никто вечером не сварил. Вылез из палатки в пижамке, надеясь, что утром во вторник никого тут не испугаю (и точно, за весь день встретил двоих, да дежурного на приюте).

На костровищах набрал палок, зажёг костёр, сварил кофе, сварил суп, половину – в контейнер, на обед. Носки просохли у костра, портянки на рюкзаке досохнут, а штаны – досохнут на мне, от ходьбы. С тем и выдвинулся к приюту. Рассказал дежурному про башню и Братцев, и зашагал в направлении к Стрелке. Навстречу попалась пара с Метеостанции, тоже в сапогах — рассказали, что на Метео пришла компания молодёжи, все в кроссовках, промокшие, сушились. Без сапог не промокнуть невозможно – сухие участки сменяются настолько сырыми, что не обойти, всё равно придётся метров по 50 идти по траве и воде.

Нижняя тропа после приюта
Осень на Нижней тропе

Где-то посреди дороги мне надо уйти на восток – искать обрушившиеся скалы. Два года назад я уже лазил там, по южной оконечности холма, но нашёл обычные матрацевидные останцы. Теперь же мне нужно проверить северный край.
Бросаю рюк, и топаю в подъём прямо через лес – он настолько густой, что в ста метрах скалы едва видны. Вот, всё, как в чужом отчёте – обвал, плИты, стволы елей.. Не сверхэпично, но необычно вполне. Интересно было бы попытаться определить возраст обвала, соотнесясь с возрастом елей и расположением плит, что на что там опирается.. Дошёл и до южных скал — так-то всё рядом, но в прошлый раз не сообразил.

Интересный разлом стены
Правый край обвала
Левый край обвала
Блоки и плиты
Причудливое сооружение
Поворот стены

Вернулся на тропу, свернул на просеку на запад, к Гарбера – тут на стояночке и пообедал. Отлично всё оборудовано, даже с баней и купалкой, хоть оставайся и парься. Но лучше я приду на место, поставлю лагерь засветло, и закончу день по-человечески, а не как вчера. Не пошёл я и к Трём Братьям – мы всегда там были в велокаменской компании, и разрушать воспоминания своим одиночеством не хотелось.

Баня, прямо с дверью, и купалка
Переправа через Малый Киалим

На стоянке Гарбера – чисто, уютно, но добрые люди слишком уж буквально поняли призыв «Оставь добрую память о себе!» — оставили на памятнике деньги, зажигалки, и даже сигарету..

Нашлись сырые дровишки, что не удивительно в таком сыром лесу, расфигачил топором их в щепу, запалил костёр, сварил суп, поставил палатку. Топор всё же рулит – тяжелее пилы, но толку от него больше. Под коврик постелил штаны, оделся теплее, и спал ещё крепче – проснусь, послушаю, не идут ли йети с менквами, но никто не идёт, даже мышей нет, только река тихо журчит.

30 сентября

Подъём в 6-10. Можно было встать и пораньше, можно было не заморачиваться с утренним костром, а потом мне этого часа и не хватило. Но такая благодать в этой глуши, что торопиться не хотелось совершенно.

Утро на стоянке им.Гарбера

В 10-30 наконец стартовал, в сапогах, ибо вода предполагалась до болота, что на пересечении просек. А на подъёме я думал переобуться, и топать в ботинках прямо до самого конца. Тропа, размеченная флаерами «Забега за облака», ещё до болота повернула влево – ну и хорошо, срежем, значит. Так вот, до самого курумника – 250 метров набора высоты, тропа была заболочена, и я только нахваливал свои сапоги. Так и нахваливал, до начала курумника, и на первых же камнях поскользнулся, потому что в сапоге нельзя встать на ребро каменюки – подошва мягкая, тогда как в треках можно встать даже на остриё.. И вот, я плавно поехал, завалился на спину, и барахтался, как жук.

В треках по сухому куруму идётся легко, и подъём по северному склону Круглицы в такую погоду не составляет никакой трудности (в отличие от спуска, ибо курумник здесь подвижен).

Откликной Гребень с севера
Метеостанция, Ицыл, долина Киалима
Киалимская падь

Открылись во все стороны такие дали! И я свысока уже посмотрел на все болота, по которым ползал два дня, как земляной червь))
На вершине Круглицы добавилось похоронных табличек – уже три штуки, плюс эмалевый портрет какого-то парня. Народ дичает, превращает вершины в кладбище, этак и хоронить под камнями начнёт…

Драконы в Долине Сказок
Откликной Гребень
Откликной Гребень

Осень на Гремучем Ключе

Дальше пришлось нестись галопом мимо Откликного, до Гремучего, где и приземлиться в новой веранде, пообедать, двумя консервами сразу – вот как умотался. Народу на Гремучем в среду уже много, топится баня, народ отдыхает. А мне надо до темна пройти до Тесьмы, или хотя бы до Весёлого ключа, т.е. надо наяривать.

Спускался по Курганской тропе, хотя потом прикинул – наверняка было проще пройти до Белого, и спуститься по квадроцикловой дороге. В общем, Курганская – она ни фига не тропа, а сплошные валуны да корни, замучаешься ноги вздымать, плюс два раза нужно пересечь рукава каменной реки, что тоже.. на любителя, особенно при севшем уже солнце.

Курганская тропа через Каменную Реку
Последние лучи солнца

Но такая красота! Фоткаешь, да бежишь. Так и добежал до Весёлого ключа – и всё, темнота. До поезда — 4,5 часа, можно успокоиться, осталось 7,5 километра. Зарядил в налобник свежие батарейки, умылся-напился, помыл уставшие ноги, и зашагал спокойно, вспоминая пути обхода грязей.

На центральной усадьбе тишина.. Время 21-00. Вызвал Яндекс-такси, и быстро приехал на вокзал.

Через два часа пришёл скорый поезд с Анапы – последний рейс летнего поезда, дальше до апреля останутся только два неудобных утренних поезда.
Проводник, молодой парень, рассказал, как ходил с друзьями на Двуглавую. Горы – сближают!))

Пройдено за три дня 60 км.

Альбом фоток на Фликре
Все фотки на Гугле.

Интересно? Расскажи друзьям!
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments