Want create site? Find Free WordPress Themes and plugins.

Погода на выходные как взбесилась: сильный ветер, снег, ночью всполохи молний. Сводили дочку позаниматься в музыкальную школу и чуть не замерзли. Но проходя с подветренной стороны дома, приметили (все вместе: жена, дочка и я), что когда нет ветра, то тепло и снег хлопьями.

Недаром говорят, что «Муж и жена — одна сатана». Обоим пришла в голову одна и та же мысль. А давай-ка сходим на лыжах. Но куда? На Уреньге буран, не видно ни зги. Куда же? И тут вспомнили о совершенно сказочном месте в городе Златоусте! Златоустовские немцы (из мастеровых) в 19 веке называли его: Фриденталь, что на их языке, означает: «Долина радости». Уральский сказочник Павел Петрович Бажов подслушал и записал историю (сказ) об этом месте. А вот сказочное ли это место — решать вам. И так чуть перефразируя Бажова — начнем:

У нас за прудом одна логотинка с давних годов на славе. Веселое такое местечко. Ложок широконький. Весной тут маленько мокреть держится, зато трава кудреватее растет и цветков большая сила. Кругом, понятно, лес сосновой породы. Поглядеть любо. И приставать с пруда к той логотинке сподручно: берег не крутой и не пологий, а в самый, сказать, раз-будто нароком улажено, а дно — песок с рябчиком. Вовсе крепкое дно, а ногу не колет. Однем словом, все как придумано.

Можно сказать, само это место к себе и тянет: вот де хорошо тут на бережке посидеть, трубочку-другую выкурить, костерок запалить да на свой завод сдали поглядеть, — не лучше ли жичьишко наше покажется? К этому ложочку здешний народ спокон век приучен. Еще при Мосоловых мода завелась.

Летом, под большой праздник, а то и просто под воскресный день нет-нет и объявят по народу: — Эй, кому досуг да охота, приезжай утре на ложок, за прудом!

По-хорошему: песни поют, пляшут, игры разные затеют, зимой на лыжах катаются. Одно слово, весело людям.

К этому живо добавили: — Веселуха там, сказывают, живет. Это она все и подстраивает.

Стоим это мы с Матвеичем на берегу, у большой-то сосны. Разговариваем, как обыкновенно, про разное житейское. И видим — идет не то девочка, не то молодуха. Сарафан на ней препестрый, цветощатый. На голове платочек, тоже с узорными разводами. Из себя приглядная, глаза веселые, а зубы да губы будто на заказ сработаны. Однем словом, приметная. Мимо такая пройдет — на годы, небось, ее запомнишь.

В нашем заводе, видишь, рисовщики по делу требуются. Иной с малых лет с карандашом. Ну, и расцветка тоже для тех, кои ножи в синь разделывают, дорогого стоит. Так вот эти рисовщики про Веселуху говорили, тоже будто въявь ее видели. Лежит, дескать, парень на травке, в небо глядит, а сам думает — вот бы эту красоту в узор перевести. Вдруг ему кто-то и говорит: — А вот это подойдет? Оглянулся парень, а у него в головах, на пенечке Веселуха сидит и подает ему какой-то листок. Поглядел парень, а на этом листочке точь—в-точь тот самый узор и расцветка показаны, о каких он думал.

Вот с той поры и повелось — как новый хороший узор появится, так. Веселуху и помянут: — Это, беспременно, она показала. Без ее рук не обошлось. Самому бы ни в жизнь такое не придумать!

Так вот смешица в народе и пошла. Кто ругает Веселуху: она людей пьянит да мутит, кто хвалит: самую высокую красоту показывает. А про то, есть ли она на самом деле — и разговору нет. Всяк про нее размазывает, будто сам ее много раз видел. Такая и сякая, молодая да веселая. И про то помянуть не забудут, что больно цветисто ходит. А девчонки да и бабенки, кои помоложе, сами норовят попестрее снарядиться, коли за пруд собираются. И место это так и прозвали— Веселухин ложок.

Как завод за казну перешел да придумала чья-то дурова голова немцев к нам понавезти, опять с Веселухиным ложком поворот вышел. Понаехали, значит, немцы. Зовутся мастера, а по делу одно мастерство видно — брюхо набивать да пивом наливаться. Вот немцы и спрашивают этого мастера: — Твой есть сестра Виселук?

Говорит Панкрат: с весны до осени весь народ она радует сплошь, а дальше по выбору. Только тех, у кого брюхо в подборе, дых легкий, ноги дюжие, волос мягкий, глаз с крючочком да ухо с прихваткой (это про лыжников сказано).

Немцы про дых да брюхо мимо ушей пропустили, потому — каждый успел брюхо нарастить и задыхался, как запаленная лошадь. Про мягкий волос не по губе пришлось, потому у всех на подбор головы ржавой проволокой утыканы. Зато ногами похвалились. Хлопают себя по ляжкам, притоптывают: — Это есть сильный нога. Как дуб. Крепко стоять могут.

Панкрат на это и говорит: — Не те ноги дюжие, которые неуклюжие. Дюжими у нас такие зовут, что сорок верст пройдут, в присядку плясать пойдут да еще мелкую дробь выколачивают. Насчет глаза да уха немцы заспорили: — Такой бывайть не может. Панкрат все-таки на своем стоит: — Может, в вашей стороне не бывает, а у нас случается. Тогда немцы давай спрашивать, какой это глаз с крючочком и какое ухо с прихваткой. — Глаз, — отвечает, — такой, что на всяком месте что-нибудь зацепить может: хоть на сорочьем хвосте, хоть на палом листе, на звериной тропке, в снеговом охлопке. А ухо, которое держит, что ему полюбилось. Ну, там мало ли: как рожь звенит, сосна шумит, а то и травинка шуршит… А вот что учудила Веселуха с немцами, читайте у Бажова. Нам же она подарила, красоту природы, здоровье и хорошее настроение! До встречи на Южно-Уральских просторах! P.S. Кстати по последним данным Веселуха заглядывает и на «Веселую горку». А вот как она может проучить незваных гостей, в том же сказе написано)

 Фриденталь на карте:

Did you find apk for android? You can find new Free Android Games and apps.

Добавить комментарий