Кын поистине является уникальным местом! Его история – не только история первых горных заводов на Урале и сплавов железных караванов по Чусовой. За железом и барками важно разглядеть, а как жили тогда простые люди в Кын-Заводе?

Почему Д.Н. Мамин-Сибиряк, уроженец Висима, с удивлением отмечал, насколько же «сносно» живут люди в строгановских заводах, как сыр в масле катаются?

На деле в Кыновском заводе к началу XX века была создана в миниатюре современная модель развития России, так нужная и так искомая сейчас, в XXI веке.

Судите сами. В дремучей тайге «с нуля» создано производство высококачественной продукции с использованием последних достижений науки и техники в технологиях, инфраструктура плотин, дорог и мостов, верфь и пристани железных караванов.

Финансирование инвестиций в развитие осуществляется как за счёт прибыли, так и впервые за счёт кредитования под залог ценных бумаг – складских свидетельств.

Впервые в России создаётся коммерческая фирма с акционерами из рабочих и служащих на паях, обеспечивая доступность продукции и товаров населению по низким ценам.

Развивается страховое дело с участием одной из первых российских страховых компаний – «Саламандры». Об этом подробно рассказано в статье «Тайна Саламандры».
Замечательно, и всё же вопрос, а как в этом заводе жилось людям, как зарабатывали? Были ли у них больницы, школы, как они воспитывали детей? Какова была у кыновлян того времени духовная и культурная жизнь, досуг? Ведь работа, бизнес – это ещё не вся жизнь…

Представьте себе, что вы перенеслись на машине времени в какой-нибудь 1860-ый год и наутро проснулись бы простыми уроженцами Кыновского завода… А?

Работа и заработки, жильё

unknown
Дом заводского служащего в селе Кын.

Кто-то довольствовался крестьянским хозяйством и сезонными заработками – углежогом, плотогоном, даже бурлаком на барке можно было за сезон заработать 8-10 рублей, на корову хватит! Но основной была работа в Кыновском заводе – в домне на литье чугуна, на кричном производстве железа, в прокате.

В цехах по каждому мастерству (специальности) назначался главный (старший) мастер, которому подчинялись остальные мастера, подмастерья, работники и ученики.

Так вот, в ценах 1860-го года в Кыну можно было заработать в месяц:

  • мастером кричного и листопрокатного цехов от 5 до 15 рублей;
  • подмастерьем от 4 до 10 рублей;
  • работником катального производства от 5 до 8 рублей
  • прочим (ключевым, печным, застановщикам) платили меньше, от 2 до 2,5 рублей

Что это за деньги были такие?

В 1860 году на эти деньги можно было купить продукты в Перми по ценам:

  • фунт мяса (солонина осеннего посола, телятина свежая) стоил от 2 до 6 копеек;
  • фунт хлеба из сибирской муки стоил 3 копейки, из уфимской муки — 4 копейки, из казанской – 5 копеек;
unknown-1
Дом служащего Кын-Завода М.П. Тиунова.

А в уездных сёлах и деревнях цены были на копейку или полкопейки ниже, так что на 1 рубль купишь 25-30 фунтов хлеба или мяса. (Русский фунт составляет сороковую долю пуда или 400 г).

Добавьте сниженные цены в лавках Кыновского кооператива и то, что мастеровые держали собственные покосы и огороды. Молодые мастера завода были самыми завидными женихами в Кыну. Девчата на посиделках подначивали их частушкой:

Девки стоят три копейки,
А робята стоят рупь,
Как задумают жениться,
Трехкопеечных беруть!
(записано Чилигиной И.И., главным хранителем фондов краеведческого музея от Глотовой Зинаиды Петровны, 1924 г.р.).

Если денег не хватало, рабочие Кыновского завода могли получить значительную беспроцентную ссуду в кассе Окружного Правления «под ручательство надёжных лиц». Кроме того, Кын-Завод отпускал тёс и строевой лес из лесной дачи кыновлянам по льготной цене, сдавал местным жителям земли заводской дачи в аренду. Действительно, и по теперешним меркам, «вполне сносно» жилось! В результате в Кыну отстроились целые улицы крепких «заводских» домов.

Нередко ставили двухэтажные деревянные особняки, некоторые из них сохранились до нашего времени. В 1869 году в Кыновском заводе проживало 2054 человека.

Распорядок в Кыновском заводе

unknown-2
Правила внутреннего распорядка Кыновского завода.

Строгановы прививали рабочим культуру труда, производственных отношений. Интересен в этом плане уклад заводской жизни, записанный в Правилах внутреннего распорядка Кыновского завода.

Предписывалось входить в завод и выходить с завода не иначе, как через главные ворота.

Те рабочие, кто после раскомандировки ходит без дела и отвлекает других разговорами либо занялся чем-то для себя, считаются самовольно ушедшими с работы!

unknown-3
Праздничные нерабочие дни Кыновского завода.

В заводе рабочая смена длилась 4-5 часов всего, только на пудлинговых печах – на две садки 6-8 часов (с условием завтраков и обедов в свободное время, не уходя из цеха домой). Были нерабочие праздничные (я насчитал 21 день праздников!) и воскресные дни. Учитывалось, что заводчане – из сельских крестьян, поэтому летом давалось время не работать в заводе, а заниматься личным хозяйством, готовиться к зиме. Надо же! И за что боролись революционеры-демократы?

В Правилах определяются условия карьерного роста рабочих и преимущества. Те, кто отработал наибольшее количество смен в летнее время, имеют привилегии при выборе очередности смен. А повышение по мастерству получают только те, кто при авариях пудлинговых печей беспрекословно выходил на срочные работы по их восстановлению.

Подробно была прописана техника безопасности, действия при авариях, рабочим за счет завода выдавалась защитная кожаная спецодежда.

unknown-4
Правила порядка и благочиния Кыновского завода.

Кроме того, в заводе строго соблюдались «Правила Благочиния»: «Никакие игры, брань, ссоры и драки в заводе не допускаются. Все должны относиться друг к другу, особенно к начальствующим, вежливо; младшие к старшим – почтительно. Рабочие должны соблюдать чистоту и опрятность…; для естественной надобности пользоваться сортиром, а не иными местами…»

И в наше время, сколько ни приезжал бы в Кын – не чувствуется, что здесь нужна полиция, разве что участковый. Не встречал толп праздношатающихся, пьяных. Потомки староверов-заводчан, кыновляне до сих пор соблюдают сами свой общественный порядок и уклад, «без брани, ссор и драк».

А вот ещё интересная выдержка из Правил:

«Запрещается собираться в кучки для обсуждения каких бы то ни было дел и вопросов, а также обращаться к начальствующим со своими вопросами разного рода сборищам. Общие просьбы могут быть заявляемы только на бумаге.»

Скажете, не демократично? По свидетельству Л.Е. Воеводина, в Кыну для разрешения споров заводоуправления и служащих действовал третейский «домашний» суд. В числе первых на Урале в середине XIX века были открыты «общественные собрания» – в нерабочее время.

А как жить в заводе, когда старость наступит и силы уже не те, чтобы работать?

Строгановы ценили своих работников, отдавших молодость и здоровье заводской работе. Ещё до отмены крепостного права престарелым служащим выплачивались персональные пенсии владельцами завода – во всех Строгановских вотчинах! По расходной книге Кыновского окружного правления, за май 1882 года пенсии выдавались в размере до 26 рублей. В Кыновском заводе был разработан даже пенсионный устав, который впоследствии был использован в работе Пермского губернского земства.

Духовная жизнь Кын-завода

image_1550_3

С первых лет строительства завода православные кыновляне ходили в церковь. В 1860 году вместо деревянной церкви строится и к 1865 году освящается необыкновенно красивый белоснежный каменный храм в честь Святой Троицы, в византийском стиле. Храм вмещал до тысячи богомольцев на праздничных богослужениях, он духовно окормлял жителей села Кын, все деревни и сёла в округе.

Правда, из-за гибели людей на сплавах железных караванов, на Чусовой был изменён обычай поминовения усопших. На Руси это делалось всегда в родительскую субботу, через неделю после Пасхи, а на Чусовой – стали поминать в семик перед Троицей. Именно к семику доходили до пристаней худые вести о том, кого ещё теперь нужно добавить в поминальные молитвы…

В 1895 году при Кыновском Свято-Троицком храме создается церковно-приходское попечительство: председатель инженер-технолог Григорий Николаевич Агеев, делопроизводитель Михаил Николаевич Чудинов, казначей Николай Васильевич Вертышев, всего 96 человек. Благодаря попечительству заводских служащих, в 1897 году при храме открылся приют для детей-сирот и церковно-приходская школа. Девочки учились рукоделию и ведению домашнего хозяйства, а мальчики – сапожному и башмачному ремеслу. Все дети обучались чтению, письму и счету, Закону Божию. Кыновляне жертвовали приюту деньги, одежду и продукты с большим сочувствием. Детям не давали пропасть беспризорно, выхаживали их всем селом.

Культурная жизнь Кын-завода. Театр

Создаётся ощущение, что Строгановы хотели и в Кыну ощущать светскую жизнь «в столицах», устраивая в чусовской глухомани маленький «Петербург», с проспектами, особняками, театрами.

Да-да! В Кыновском заводе был организован настоящий Театр!

unknown-5
Кыновский народный Театр.

Прошение об организации Театра служащие Кын-Завода подали графу Григорию Александровичу Строганову в 1840 году. Граф затею одобрил и выделил помещение. Труппу актёров составили служащие завода, учителя и врачи, лесные и горные смотрители. К ним присоединились их жёны! (А чего дома-то сидеть?) Они же были режиссёрами и музыкантами.

В 1869 году при С.Г. Строганове построено новое деревянное здание заводской Чертёжной, в котором граф выделил целый зал для народного Театра, отапливаемый печами, более чем на сто мест да ещё с балконом. Когда стоишь прямо на сцене и видишь старинный механизм подъёма занавеса, то кажется, что зал вот-вот начнёт заполняться… Мужики, снявши шапки, будут негромко и деловито переговариваться в ожидании, когда же вспыхнут юпитеры, зазвучит музыка и волшебное действо развернётся перед ними.

nr044d07048242e63ee9caf7bcc9450bd6
Актёры народного Театра Кыновского завода.

По свидетельству Ф.А. Треногиной, кыновляне в Театре проводили музыкальные вечера, на сцене ставились пьесы А. Островского, Н. Гоголя. Спектакли посещали кыновляне, жители Серебрянского и Коноваловского заводов, даже уездного города Кунгура. В летние праздники народные гулянья заводчан народный театр проводил с выездом к Чусовой, в деревушке поблизости от Усть-Серебряной с характерным названием – Весёлый Луг.

С начала XX века в Чертёжной, кроме Театра, появился даже свой камерный оркестр и светский хор! Организатором и руководителем стал студент Петербургской консерватории Александр Конюхов, сын диакона Свято-Троицкого храма. Занимались в оркестре и хоре дети служащих завода, давая концерты для жителей села.Чертёжную стали звать Народным Домом.

Народный Театр плодотворно работал и в советское время. Его уже нет, в Чертёжной остался Кыновской Народный Дом и Музей.

Светское образование, школы и библиотеки Кынзавода

unknown-6
Свидетельство об окончании Кыновского 1-ого начального народного училища. Выдано 15 октября 1908 года Кунгурским Уездным Училищным Советом.

Каковы были в Кыновском заводе условия для обучения детей? Первая школа в Кыну открылась в начале XIX века, во времена реформ Александра I. Она была начальная с годичным обучением. К концу XIX века в Кыновском заводе действовало уже три начальных школы в разных концах села, все располагались в двухэтажных зданиях. Содержались они Кунгурским земством.

В современной Кыновской школе сохранились учебные пособия ещё столетней давности! В селе Кын сейчас действует школа неполного среднего образования, для получения аттестата зрелости ученикам нужно ездить в школу на станцию Кын за 15 км.

В 1860-е годы открылось высшее заводское училище (двухклассное), в котором готовили специалистов для Кыновского завода – литейщиков и доменщиков, прокатчиков и токарей.

unknown-7
Здание высшего заводского училища Кыновского завода. Конец XIX века.

Половина учащихся получала жалованье (стипендию) от завода, особенно важно это было для семей, потерявших кормильца. Самых способных учеников Строгановы отправляли в горную школу Екатеринбурга.

При каждой школе в Кыну содержалась библиотека. В 1907 году в начальном училище на средства Ф.Ф. Павленкова, народного просветителя и мецената, открылась «павленковская библиотека», которая сохранилась по сей день.

Здравоохранение, больница и аптека Кын-завода

Сельские жители знают, каково жить в отдалённой деревне без медицинской помощи. Да и в «горячих цехах» чего может только не случиться с человеком.

В 1851 году граф Григорий Александрович Строганов добился от Уральского горного правления разрешения на строительство «гошпиталя» (больницы) на 10 коек. В госпитале на приёме больных работал врач и фельдшер, а также были «смотритель больницы» (завхоз, кладовщик, столяр – в одном лице), «кухарка» (она же повар, сестра милосердия и уборщица) и прачка. Если у больного не было родственников, то его кормила больница, остальных пациентов кормили родные.

Тщательно расследовались все несчастные случаи на заводе и на сплаве, с конца XIX века рабочим выдавались больничные листы.

Первоначально на содержание больницы Строгановы вычитали один процент от заработка мастеровых и служащих, а продукты брали натурой из деревень. Позже больница содержалась Кыновским окружным правлением только на средства завода, из прибыли. Однако медпомощь могли получать все местные жители, а не только работники завода.

Здание больницы возвели на горе против плотины, врач и фельдшер проживали при «гошпитале».

Вы не поверите, но при больнице в Кыну действовала даже аптека! Её работники тоже содержались Строгановыми.

В конце XIX века для больницы в Кыну построили большое красивое здание за хутором Бабёнки, на склоне Плакун-Горы у скал Гребешки. Больница работала до 80-х годов XX века. Сейчас здание пустует и обветшало.

Теперь попробуй, найди аптеку с больницей в селе… Чтобы нынче жить на Чусовой, надо обладать здоровьем космонавта!

Послесловие

Когда Н. Некрасов вопрошал: «Кому на Руси жить хорошо?», Кыновский завод переживал самый расцвет. Но те времена прошли, и в эпоху развала Советского Союза А. Солженицын написал статью «Как нам обустроить Россию?» И сегодня она злободневна. Действительно – а возможно ли жизнь людей в России устроить справедливо и приемлемо для всех? Ведь когда родители за свой счёт ремонтируют школы, система здравоохранения дышит на ладан, когда люди из сёл и деревень уезжают в большие города, чтобы как-то выжить, работать негде или зарплаты не хватает – ведь так не должно быть?

Аристократы Строгановы, развивая бизнес и совершенствуя технологии, добиваясь прибылей в производстве продукции, не забывали обеспечивать приемлемый уровень жизни обычных людей, поддерживали в своих вотчинах потребительскую кооперацию, страхование и розничное кредитование, медицину, культуру, образование, пенсионное обеспечение. Причём, в отличие от нынешних «олигархов», не прося на это денег из казны. Они были не только «эффективными менеджерами», но и преданными сынами Отечества. Не будучи временщиками, Строгановы хотели видеть здоровое и культурное население в своих заводах, чтобы люди в них оставались жить и работать, растить детей. Вместе с их усилиями и вкладами церкви и меценатов дала свои плоды уникальная система земства в России.

Вот пример, как должно быть.