Наш Урал

Как заказать книгу?

Тел. (343) 278-27-96

По Лысьвенскому горному округу

   В рамках проекта «Лысьва – месторождение культуры» было заявлено о том, что Лысьва - центр Лысьвенского горного округа. Раньше действительно так и было. Однако, на сегодняшний день мы очень смутно представляем себе то время. К примеру, даже географические границы Лысьвенского горного округа до сих пор чётко установить не удалось. Вопросов много и, чтобы разрешить хотя бы часть из них, мы отправляемся в экспедицию.

   Мы – это: Николай Михайлович Парфёнов – руководитель экспедиции, Евгений Александрович Меденников – фотограф, Ирина Иллионоровна Чилигина – музейный работник, Екатерина Ивановна Завьялова – представитель библиотеки, выпускник ПГПУ Максим Морозов – помощник во всех делах, студентка педуниверситета Екатерина Глухова – ответственная за питание и я – летописец экспедиции.

   Наш маршрут пролегает по северо-восточной части бывшего Лысьвенского горного округа. Цель экспедиции – визуальный осмотр населённых пунктов, знакомство с краеведами, старожилами тех мест, с интересными людьми. Итак, накануне состоялось организационное собрание. В путь!

 

7 июля

   Рано утром грузимся в микроавтобус. Водитель Михаил Иглин любезно забирает каждого практически у подъезда. Уже в половине десятого утра мы прибываем в Горнозаводск, здесь первая остановка. В двухэтажном здании под одной крышей располагаются библиотека и музей. Знакомимся с работниками библиотеки, в читальном зале проходит организационная встреча. Работники библиотеки щедро делятся информацией, и через полчаса в руках Екатерины Ивановны оказывается подборка ценной краеведческой литературы, которую мы можем на некоторое время увезти в Лысьву и подробно изучить.

   Поднимаемся на второй этаж здания, теперь общаемся с сотрудниками краеведческого музея. Горнозаводский музей носит имя М.П. Старостина – энтузиаста и первого директора музея. Пожалуй, любого посетителя впечатлит минералогическая и конхиологическая (обитатели Мирового океана) экспозиции, большую комнату занимает великолепная коллекция каслинского литья. Уникален зал «История поиска, разведки и промышленной добычи алмазов».

 

 

   Пока осматривали всё это, на улице начался проливной дождь. Не хотят нас отпускать отсюда! Быстро добегаем до машины, не менее быстро перекусываем бутербродами и в 11-00 покидаем гостеприимный Горнозаводск. В машине тепло, почти все дремлют, ведь выехали мы рано. Примерно через час останавливаемся на границе двух частей света - Европы и Азии. Обязательный снимок у высокой белой стелы, где территорию Европы охраняет грифон, Азии - лев. Что ожидает нас на азиатской земле?

   К обеду приезжаем в г. Качканар, где нас ждёт Иван Михайлович Соболев – «хранитель» горы Качканар – и его супруга. В их небольшой квартирке нашей группе тесновато, но как здесь радушно встречают! Иван Михайлович показывает нам указатель-стрелку «Шуваловская грань». Это именно то, что нам нужно! Где же она проходила? Начиналась грань в п. Граневой, затем шла на восток, к Нижней Туре, поворачивала к Маломальску и возвращалась в Граневой. В Качканаре разработан 15-километровый туристский маршрут «Качканарский меридиан», где можно увидеть три подобных стрелки-указателя. Короткое символическое чаепитие, и мы торопимся на гору Качканар. На вершину нас будут сопровождать Иван Михайлович (даже и не подумаешь, что ему 80 лет!) и Иван Николаевич Жуков, работавший ранее начальником смены на обогатительной фабрике.

 

 

   Город Качканар уютен и красив, много зелени, строятся новые дома. Особое очарование городу придаёт система из трёх прудов – Верхний, Средний и Нижний. Замечаем, как на волнах пруда мелькает белый парус изящной яхты. Хорошие перспективы и у комбината «Евраз» - предприятие добывает титано-магниевую руду. Магнетит, пироксинит, берлит… Пироксинит обогащается здесь же и в обогащённом виде поступает в доменный цех Нижнего Тагила. В чистой руде содержится 0, 46% ванадия, это – сырьё для Чусовского металлургического завода. Белые же куски плагиаклаза – пустой породы – идут на отсыпку дорог.

   С нашими проводниками поднимаемся на смотровую площадку. Слева от нас половина высоченной горы будто срезана огромным ножом, на этом месте – яма с серпантинными лентами подъездов. Оранжевые «Белазы» на дне карьера кажутся игрушечными. Сырья здесь хватит ещё на многие десятки лет вперёд.

 

 

   По словам местных жителей, название горы Качканар (878 м) переводится с тюркского как «лысый верблюд». Навершие действительно украшает естественный скальный останец в виде двугорбого лежащего верблюда. «Лысой» гору прозвали из-за сильных пожаров, что периодически сжигали всю растительность на склонах горы. Последний такой пожар был в 1928 году.

   На тропе, ведущей к одной из вершин, громоздится груда кирпичей. Каждый из нас берёт из неё по 1-2 кирпича. Их нужно доставить на вершину, где строится… буддийский монастырь. Буддийский монастырь – явление редкое для Урала, а на острой каменной вершине – тем более. У входа на территорию монах по имени Лугмопа строго расспрашивает нас о цели визита и прине-сённых кирпичах – «входных билетах». И лишь потом приглашает пройти под навес.

 

 

   Нас сразу гостеприимно усаживают за стол, глава монастыря - лама Докшит – курит трубку и запросто пьёт чай с нами. Прежнее его имя - Михаил Санников, наш земляк, родом из коми-пермяцкого села Юсьва. Шесть долгих лет прослужил он в Афганистане, после комиссования вернулся на родину, а через некоторое время уехал учиться буддизму в Бурятию и Монголию. 16 мая 1995 года Михаил с учениками сделал первые закладки монастыря на вершине Качканарской горы. Во время строительства монахами найдены две бронзовые подвески. Предположительно, на вершине было древнее капище, куда хан Кучум, опасаясь прихода Ермака, собирал шаманов на камлание. Здесь же, в старой лесной избушке, монахами была сделана ещё одна находка - пуговица с надписью «Пушкарь 2 роты». В 18 веке эти земли принадлежали графу Шувалову, который тайно нанимал «казённых» людей для охраны владений, за что и был однажды наказан.

 

 

   Солнце клонится к горизонту, пора возвращаться вниз. Спускаемся в город, тепло прощаемся с нашими проводниками и в 21-00 выезжаем на р. Уреф искать место для ночёвки. Максим отправляется с котелками за водой, а возвращается ещё и с грибами. Замечательный довесок к ужину! Едва успеваем поужинать, как на лагерь обрушивается мощный грозовой шквал. Все прячутся по палаткам. Первый, чрезвычайно насыщенный день экспедиции завершён.

 

8 июля

   Утро солнечное, но после ночной грозы всё вокруг сырое. Костёр разжигается плохо и сначала горит только на поддуве. К 8 часам просыпается вся группа. На завтрак овсяная каша, грибовница, макароны с мясом. Ещё вчера мы заметили, что вокруг нашей стоянки растёт много дикой жимолости. Когда остаётся 15 минут до выезда, решаем набрать ягод. Каждый по горсточке – будет компот для группы. Сначала не очень хочется залезать в мокрые кусты, а потом другая проблема – людей не оторвать от сбора ягод! Наконец, в 10-00 выезжаем.

   Сегодня нам предстоит знакомство с п. Промысла. Местные жители, улыбаясь, называют себя «пиканниками». Долгое время основной пищей людей были пиканы, картофель здесь не рос – очень холодно. За картошкой люди ходили в соседние посёлки Бисер и Уреф. Только после Великой Отечественной войны, когда геологическая партия построила в посёлке пруд, местный климат стал мягче, и картофель стал вызревать.

 

 

   Некогда это красивое старинное село называлось Крестовозжвиженские промыслы – по названию церкви. Но громоздкое название не прижилось, а «промыслы» превратились в «промысла». Эту вотчину Варвара Александровна Шаховская подарила своей внучке Варваре Петровне на свадьбу с графом Шуваловым. В летнее время здесь насчитывалось 2-2,5 тысячи человек, даже работал страноприютный дом. Люди трудились «вахтовым методом» на многочисленных приисках и рудниках. Здесь мыли золото, платину. А в 1829 году крепостной мальчик Павлуша Попов нашёл в отмытых золотых россыпях Адольфова лога прозрачный камушек. Управляющий не обратил на него должного внимания и, возможно, выбросил бы, однако, к счастью, в тот момент в Промыслах вместе с Шуваловым находился его друг Шмитд. Он-то и «опознал» в неприметном камушке первый российский алмаз! Драгоценность была преподнесёна немецкому учёному Гумбольдту, в то время совершавшему путешествие по Уралу. А тот, уже будучи за границей, передал его российской императрице. Павлуше же за столь ценную находку даровали вольную. А в Промыслах началась настоящая лихорадка. Тем более, что алмазы сыпались один за другим. В советское время алмазных фабрик и старательских артелей в Промыслах выросло, что грибов после дождя.

 

 

   Первым делом мы осматриваем памятный знак на месте находки первого алмаза - естественную каменную глыбу с табличкой. Здесь же коротко перекусываем бутербродами. Жарко, и мы с удовольствием пьём холодную воду Алмазного ключа, плескаемся в нём.

   Библиотекарь Галина Викторовна Мельникова радушно принимает нас в стенах поселковой библиотеки. Она собрала богатейший материал по истории здешних мест, в том числе по истории алмазной промышленности в Промыслах. Но в её «апартаментах» нет электричества, тепла и даже простой пишущей машинки! К сожалению, за время нашей экспедиции мы сталкивались с подобными ситуациями постоянно. Край наш не просто богатый - богатейший, (в тех же Промыслах дороги золотом отсыпаны), а люди живут убого, иногда просто по-нищенски.

   Ирину Иллиодоровну занимает мысль найти оборудование золотоискателей для экспозиции музея. Однако, местные старатели не горят желанием расставаться со столь нужными вещами. По-говаривают, что на многих речках стихийные артели до сих пор ищут и моют золотишко.

   Теперь нас ждут в семье Якушевых. Любовь Георгиевна – поэтесса, эколог – дарит нам всем без исключения сборники своих стихов. А её мама, 85-летняя Анна Матвеевна, рассказала, как она работала в «алмазной и золотой промышленности».

   - В старательскую артель «Красная звезда» я поступила в августе 1941 года, учеником лаборанта. Почти все были несовершеннолетние, по 15 лет. Я вела контроль за осадочными машинами, мыли глину, брали пробы. За работу нам давали «боны» - большие бумажные листы, на которых напечатаны рубли. Мы вырезали их из листа, сколько нужно, и затем обменивали на продукты. В 1950 году нас перевели на фабрику, всё контролировалось милицией. Здесь мы вручную искали алмазы в отмытых россыпях. За находку драгоценного камня выписывали 30 рублей премии. Я находила. Однажды видела на столе кучку, где было 38 алмазов! А через три года фабрику в одночасье закрыли, непонятно – почему, даже пробы глины не дали домыть. В 1966 году в посёлке открылась геологическая партия, искали золото. Я и там работала. И ведь какие были времена! Помню, идём вдвоём с дедкой золото в банк сдавать, вечереет, темно, идём по лесу, а не боимся…

 

 

   В 16-00 мы покидаем гостеприимный посёлок, проводник Николай Рябов согласился показать развалины бывшей алмазной фабрики №4. Круто спускаемся к реке Койва. На берегу нас ждёт приятный сюрприз - хорошо оборудованная стоянка: крепкий стол, скамейки, большая чистая поляна. Часть нашей группы остаётся готовить ужин и ловить рыбу, другая половина отправляется на гору Колпаки.

   Колпаки – красивая вершина, увенчанная зубчатыми скальными останцами, похожими на медвежью лапу. Поэтому второе название, менее распространённое, - Медвежья гора. Вечернее солнце мягко греет камни, и мы, взобравшись на самую верхотуру, нежимся на тёплых каменных плитах. Во все стороны разлилось под нами «зелёное море тайги». Лишь в одном месте прорезает это море тоненькая ниточка дороги, да вдали угадывается извилистая долина Койвы. Где-то далеко, в верховьях реки, идёт дождь: видны тёмные полосы, соединяющие тучи и лес. Опытный глаз может разглядеть на горизонте заповедную вершину горного хребта Басеги. По другую сторону скалистого гребня хорошо видны пруды и город Качканар, где мы были вчера. Долго любуемся этой красотой, так не хочется отсюда уходить, и только позднее время заставляет нас спуститься с небес на землю. «Сверхсытку» на обратной дороге заглядываем на камень Солдатики.

   Возвращаемся к 20-00 часам в лагерь и с удивлением обнаруживаем, что вода в Койве помутнела и сильно поднялась. Вот что делают дожди в верховьях, какая теперь рыбалка! Правда, рыбки в тот вечер мы отведали: проводник Николай на прощанье угостил хариусом.

   После плотного ужина желающие идут осматривать руины алмазной фабрики. Хорошо, что ещё не закончились белые ночи, поэтому, несмотря на позднее время, в лесу достаточно светло, и мы можем с максимальной пользой занимать время экспедиции. На одной из стен здания сохранилась дата – 1948 год. Многое нам непонятно. Например, что за помещение с наклонными стенами и полом, в центре которого отверстие на нижний этаж? Эх, пройти бы здесь со знающим человеком (лучше - бывшим работником фабрики) и составить подробный план территории!

   Результат экскурсии – фотоснимки, образец горного хрусталя и охапка подосиновиков и белых. Успеваем нажарить сковородку грибов, все желают угоститься отменной жарёхой. Пьём чай у костра и ровно в полночь – общий отбой.

 

9 июля

   Ранним утром погода милостиво позволяет приготовить кашу, а потом заряжает таким знатным дождём, что все с тарелками разбегаются по укрытиям. Изредка то один, то другой в дождевых плащах подбегают к прикрытому котелку, зачерпывают компот из жимолости и вновь скрываются под навесом палатки или в салоне машины. Решаем переждать дождь. К назначенному времени отъезда со стоянки ливень прекращается, и в 10-00, по плану, мы отправляемся в п. Тёплая гора.

 

 

   Тимофей Николаевич Гимаутдинов, историк, краевед, энтузиаст, встречает радушно. Он испрашивает разрешение у охраны на посещение старинного Теплогорского завода. В местном музее хранится чугунная табличка о том, что 1 июля 1880 года завод заложен лично графом Павлом Петровичем Шуваловым, а вот на фронтоне заводского здания старинную дату и вензель Шувало-ва теплогорцам сохранить не удалось. Полтора века назад на реке Еловик укрепили плотину, создали пруд. Здесь же стоял небольшой домик, где постоянно жил смотритель плотины.

   Доменная печь теплогорского чугуноделательного завода была сложена из уникального кирпича размером 30х40 см. В 1936 и 1941 годах домна выдержала два взрыва, при которых массово погибли люди. Комиссия НКВД разбиралась с этими случаями, но до сих пор осталось не выясненным, чья злая рука подвела к раскалённой печи холодную воду. Прослужив около 70 лет, домна в 1949 году дала последнюю плавку и была демонтирована. По словам Тимофея Николаевича, печь долго не могли разбить, вот такая кладка была!

   В посёлке, на улице Пролетарской, сохранился деревянный барак шуваловских времён. Интересны и памятники времён гражданской войны.

   В 14-30 выезжаем в сторону п. Старый Бисер и через час прибываем туда. Первым делом останавливаемся у магазина, нужно пополнить запасы свежего хлеба. Удивительно, что в магазине хлеб лишь привозной, из Горнозаводска, своего хлеба бисеряне давно не пекут.

   Бисер – очень красивый посёлок, большой пруд со всех сторон обрамлён тёмно-зелёным зубчатым частоколом вековых елей. Местность эта обжита ещё со времен похода Ермака. Рассказывают, будто часть ермаковых казаков не пошла в Сибирь со своим атаманом, осталась здесь, на строгановских землях. А спустя два века на реке Мёрзлая, правом притоке Койвы, был заложен Бисерский чугуноделательный завод. Изготавливали печное литьё, лили чугун. Кстати, бисеряне первыми стали использовать в производстве качканарскую руду, а она отличалась особой туго-плавкостью.

   До сих пор жители посёлка вспоминают легендарного доменщика Семёна Петухова, который вместе с сыном Иваном творил у печи чудеса. Домик Петуховых стоял совсем близко от завода и частенько Семён, усмотрев в окно, что изменился цвет дыма, покрикивал жене, мол, Симка, сбегай, скажи, чтоб добавили этого или того. Как-то раз приехал на завод инженер Павловский с целью увеличить производственные мощности печи. А процесс модернизации не идёт, мало того – печь «закозлила». «Козлом» доменщики называли раньше сгусток чугуна, который остывает прямо в печи и достать его оттуда можно лишь разобрав печь. Делать нечего – послали за Петуховым. А тот заартачился! Провезут, мол, меня на тройке лошадей по всему посёлку да по базарной площади – так и быть, помогу. Инженеру деваться некуда: провёз.

   Эту, а также многие другие байки поведал нам интереснейший рассказчик, краевед Виктор Александрович Оборин.

   В конце 19 века металлургия Южного Урала принялась поставлять на рынок дешёвый чугун. Дела Бисерского завода пошатнулись, рабочим выдавали зарплату чугуном. Тогда бисеряне почти все на прииски ушли, повсюду бродили с железными щупами: руду искали, говорят, помешались на этом деле. Лишь во время Первой мировой войны появились у завода спецзаказы, и прибыли увеличились втрое.

   Погода к вечеру принялась хмуриться, зябкий ветер, мелкий холодный дождь. Николай Михайлович просит у хозяев разрешения ночевать в местной школе. Нам гостеприимно предлагают спортзал, мягкие маты. Есть в школе и небольшой, но интересный школьный музей. Правда, бронзовый памятник известному революционеру Артёму жители посёлка не сохранили. Кто-то утащил его с пьедестала и сдал скупщику по цене цветного лома. Печально, но такой вандализм процветает повсюду: на горе Качканар варварами сняты все памятные металлические таблички, в Средней Усьве растащили и сдали в металлолом рельсы железной дороги. А под Всесвятской вообще раскурочили уникальную немецкую паровую машину, которой как исторической реликвии цены не было! В погоне за сиюминутной выгодой теряем нечто гораздо большее, безвозвратно теряем по кусочкам свою историю…

 

 

   На заднем дворе школы разводим костерок и готовим ужин. Чувствуется приближение дома, хочется комфорта. В спортзале, на принесённых столах, живописно разложены яблоки и конфеты, солёные помидорчики и зелёный лук, огурцы и вяленая рыбка. Дымятся в тарелках щи. Наш прощальный ужин и последняя ночёвка.

 

10 июля

   Выезжаем из Бисера в 10-00. В программе экспедиции остаётся ещё один населённый пункт – Сараны. Здесь нас ждёт Эдуард Александрович Фищенко, педагог, геолог, путешественник. В его сопровождении мы осматриваем окрестности Саранов. Сарановское месторождение было известно давно. Ещё во времена Шувалова хромит, который добывали открытым способом, возили плавить в Юго-Камский завод. На въездном знаке на дороге в посёлок изображён стилизованный копёр шахты. В советские годы в Саранах построили шахту. Она работает до сих пор, имеет 6 горизонтов, нижний горизонт шахты достигает отметки 360 метров. Сарановское месторождение богато: запасов хромита хватит ещё на многие десятки лет.

   Участники экспедиции вмиг забывают свои обязанности, все без исключения занимаются поиском образцов. Кварц, хромит, родохром, уваровит... Ещё немного – и «каменная лихорадка» полностью овладеет нами. Пожалуй, только Евгений Александрович не теряет головы и продолжает запечатлевать на фотоаппарат вехи нашей экспедиции. Спасает машину от каменного перегруза лишь чудом встретившаяся нам на дороге жительница посёлка Ирина Аркадьевна Магазеева. Она давно занимается сбором исторических документов о Саранах, однако, в прошлом году весь её богатый архив сгорел вместе с домом. Под зонтом, спасаясь от непонятно откуда налетев-шего дождя, она рассказывает об истории Саранов, обдумывает возможное дальнейшее сотрудничество. На прощание Ирина Аркадьевна ведёт нас к своему сгоревшему дому и дарит нам хорошие кусочки уваровита, выкапывая их из-под бани. Хорошие люди живут в Саранах! Впрочем, на протяжении всего путешествия нам только такие и встречались. Мы тепло прощаемся с новыми друзьями, надеемся, что до скорых встреч.

 

 

   На выезде из посёлка устраиваем обед. Сухие еловые ветки хорошо горят, костёр пышет жаром. После приготовления нам гречневой каши огонь занимается утилизацией сношенных во время экспедиции кроссовок.

   Теперь – только в обратный путь. Вечером возвращаемся в Лысьву, проехав 425 километров. И, хотя в путешествии были далеко не новички в области краеведения, каждый из нас увеличил багаж знаний чем-то удивительным, доселе непознанным. Ещё раз утверждаешься, как богат и щедр наш уральский край. Его не познаешь, сидя дома. И даже с помощью книг и телепередач не оценишь. Сюда нужно ехать, идти. Сплавляться по рекам, забираться в горы. Почувствовать на ладони тяжесть найденного кристалла. Заслушаться рассказами старожилов.

   Каковы же итоги экспедиции? Маршрут пройден, намеченные задачи выполнены. Экспедиция ответила на ряд ранее поставленных вопросов, но ещё больше их появилось во время путешествия. Лысьвенский горный округ по-прежнему ждёт своих исследователей, работы хватит всем.

 

Автор текста и фотографий: Валентина ПАЛКИНА, руководитель клуба «Дорога»

 

Мы в соцсетях!