Наш Урал

Как заказать книгу?

Тел. (343) 278-27-96

ЛУЧШИЕ ПУТЕШЕСТВИЯ ПО СРЕДНЕМУ УРАЛУ

Путеводитель Лучшие путешествия по Среднему УралуЛетом этого года издательство "Малыш и Карлсон" из города Реж представляет читателям новый путеводитель по Свердловской области. "Лучшие путешествия по Среднему Уралу: факты, легенды, предания" - это попытка создать увлекательный туристический справочник, который интересно будет читать или просто перелистывать в поисках знакомых мест и маститому краеведу и уставшей от домашних дел домохозяйке.

В книге отсутствуют знакомые по многим изданиям штампы, связанные с памятными местами Среднего Урала, вокруг каждой достопримечательности разворачивается настоящее расследование, в ходе которого перед читателями появляются имена не очень известных и знаменитых персонажей: писателей, литературных героев, полководцев, художников, политиков. Со многими из них связаны интересные истории, которые часто между собой переплетаются, получаются едва ли не детективные ситуации. И все это у нас на Среднем Урале.

Кто является прототипом главного уральского литературного героя Данилы-мастера, как с Уралом связаны герои романа Достоевского "Братья Карамазовы" и "Евгения Онегина" А. С. Пушкина, что объединяет Симеона Верхотурского и императора Петра I: десятки интереснейших сюжетов разыгрываются на страницах книги.
Совершить очередное путешествие становится гораздо интереснее, познакомившись с новой книгой.

Объем путеводителя 288 страниц, практически на каждой из которых фотографии - современные и старинные, а кроме того весьма необычный дизайн. Спрашивайте книгу в магазинах Екатеринбурга и туристических объектах Свердловской области. Не пропустите!

Создатели издания любезно предоставили одну из глав нового путеводителя для проекта "Наш Урал"...

 

ТУРИНСК

Епанчин-юрт

Сражение Ермака у Епанчин-юрта

В 1581 году начался поход за Урал легендарного Ермака, который положил начало превращению России в крупную евразийскую державу. Первым на окраине Сибирского ханства пришельцев встретил татарский князь Епанча. Вблизи своей столицы Епанчин-юрта, на месте которой ныне находится город Туринск, у современнего села Усенинова, на крутом берегу Туры, место которого сегодня точно установлено археологами, устроил Епанча засаду. Более полутысячи татар и вогулов должны были засыпать Ермакову дружину стрелами и забросать копьями, как только казаки появятся за излучиной реки.

Существует предание, что хан Кучум пообещал выдать за Епанчу свою красавицу-дочь, если тот не пропустит русских в земли Сибирского ханства. То есть от исхода сражения зависело, станет ли Епанча зятем, а в дальнейшем возможным преемником Кучума. Кроме того, Епанча будто бы давно добивался руки и сердца девушки, был по настоящему в нее влюблен. По преданиям, Епанча обладал идеальными качествами воина и военного руководителя, но против огнестрельного оружия оказался бессилен. Несмотря на яростную атаку, а затем отчаянное сопротивление, воины его дрогнули и побежали. Русские также понесли потери: несколько казаков было убито, многие ранены. Говорят, что для Ермака исход сражения тоже был неудачен: он не смог добыть языка, столь нужного при походе в неведомые земли. Епанчинцы значительно раньше добрались до столицы ханства и поведали Кучуму о грозящей опасности, о количестве казаков и их чудо-оружии. Фактор внезапности был потерян. Именно потому, говорят, Ермак в ярости сжег Епанчин-юрт, что очень редко делал во время своего похода.

Уже в наше время при впадении речки Ялынки в Туру, где прежде стоял Епанчин-юрт, ребятишки во время купания случайно обнаружили древнюю Ермакову пушку-пищаль. Ныне она представлена в Туринском историко-краеведческом музее. Рядом с местом сражения на Туре есть остров. Говорят, что намыт он как раз на том месте, где во время битвы затонул один из стругов Ермака.

А. С. Пушкин и Епанча

По словам поэта Е. Баратынского, в 1826 году А. С. Пушкин задумал новую поэму о Ермаке и его легендарном походе. Поэт как-то пошутил, что если бы император сослал его в Сибирь за то, что Пушкин вдруг бы вспылил и наговорил царю много лишнего, то это имело бы свою пользу: он написал бы поэму о Ермаке или Кучуме. По разным причинам работу пришлось отложить, но в 1835 году поэт вновь решил приступить к сбору материалов. В это время Пушкин обратился к своему хорошему знакомому Владимиру Соломирскому, который находился в ссылке в Тобольске как раз из-за предполагаемой дуэли с Пушкиным по причине амурных дел. В это время переписка между Пушкиным и Соломирским вновь возобновилась: поэт предложил своему скучающему в ссылке приятелю заняться сбором историй и легенд о ермаковом походе, поездить и побывать на месте древних сражений. Судя по письмам, Соломирский побывал в Туринске и Усениново, на месте сражения под Епанчин-юртом, передал Пушкину увиденное и услышанное, выслал работы историка Словцова, где описывалось сражение Ермака с Епанчой. Говорят, со слов Соломирского Пушкин нашел образ смелого и отчаянного Епанчи достойным персонажем своей будущей поэмы и планировал сделать его одним из главных героев первой части «Ермака», который так и не вышел из-под пера поэта.

Епанчин-юрт и В. И. Суриков

В мае 1891 года в Туринске с целью сбора материалов для картины «Покорение Сибири Ермаком» побывал художник В. И. Суриков. С одной стороны поездка была вынужденная: Сурикову необходимо было в Тобольске более недели ждать пароход по пути в родной Красноярск, с другой стороны, художника давно приглашал в гости купец Семен Чирков, обещая показать место сражения Ермака с Епанчой, рассказать много интересного. Говорят, по приезду Суриков нашел кое-что любопытное в местном архиве, в частности о своем пращуре Илье Сурикове, ермаковом десятнике, который был ранен во время сражения в левое плечо. Местные жители поведали ему о героизме Ильи, который своим примером во время боя вдохновлял других казаков, положил многих неприятелей. Рассказывают, что после этого Суриков решил обязательно использовать образ своего предка в картине «Покорение Сибири Ермаком».

Чирков уговорил уроженца Усениново Лачимова свозить художника на ратное поле. Возле Усенинова Лачимов показал Сурикову тот самый крутояр, с которого Епанча наблюдал за ходом битвы, берег, с которого начали наступление на неприятеля Ермаковы казаки. По рассказам, затем Василий Иванович сделал несколько эскизов и зарисовок местной природы, которые впоследствии вероятно использовал в своей картине. Сам Суриков в своей записной книжке, что хранится в отделе рукописей Третьяковской галереи, оставил запись: «По Туре этюды делал в картину «Ермака». Вероятно, здесь же в Усениново или в самом Туринске Суриков делал зарисовки остяков или вогулов, их одежды, вооружения, лодок, которые потом использовал для изображения представителей неприятельского войска в своей картине «Покорение Сибири Ермаком». По крайней мере, одна такая зарисовка «Портрет остяка» с подписью «г. Туринск» известна в Третьяковской галерее.

Любопытно, главное сражение Ермака с Кучумом на картине происходит не в поле, как это было на самом деле, а на воде, как это было во время сражения Ермака с Епачой.

Туринский острог

После того, как вдоль Туры была проложена дорога, связавшая центральную Россию с Сибирью, на Туре, между Верхотурьем и Тюменью, для защиты этой дороги и заселения вдоль нее крестьян, решено было основать Туринский острог. Поставлен острог был в 1600 году тюменским письменным головою Ф. Яновым, который стал первым туринским воеводой. Срублен был острог у современной улицы Советской, где находится городская администрация и улицы Кирова, до реки Туры, у ее слияния с рекой Ялынкой.

Вообще, воеводами в Туринске чаще всего становились, либо, поднявшись из низов, в качестве награжденных за какие-то заслуги, либо, упав с политического Олимпа, в качестве опальных вельмож. Одним из первых «счастливчиков» стал пристав Тушин. При царе Борисе Годунове, когда Романовы были в опале, он охранял в деревне Ныробка в качестве узника Михаила Никитича Романова, дядю Михаила Федоровича, который в 1613 году стал русским царем. По преданию, Михаил Никитич обладал могучим здоровьем, и потому, несмотря на все попытки стражников уморить его голодом и холодом, он оказался необыкновенно живуч. Рассказывают, что местные жители пытались подкармливать вельможу, подбрасывая ему трубочки ягеля с молоком, закупоренные хлебными катышками. Несколько ныробских крестьян, говорят, за это поплатились, оказавшись в казанской тюрьме. Тогда, по рассказам, пристав Тушин, начальник охраны, в августе 1602 года собственноручно задушил Михаила Романова. Позднее за «усердную службу» он был назначен Борисом Годуновым воеводой в Туринск.

Аркебуза Шекспира. Воевода Иван Никитич Годунов

При Борисе Годунове между Россией и Англией развивались дружеские отношения. В 1600 году в Лондон прибывает русский посол Григорий Микулин. Говорят, ему была организована шикарная встреча. Микулин занял один из лучших домов Лондона, королева осыпала его подарками, а самые лучшие люди Англии мечтали с ним познакомиться.

Очень желал пообщаться с Микулиным молодой модный английский драматург Уильям Шекспир. Так граф Генри Ризли Саутгемптон рассказал русскому послу о своем подопечном. После этого состоялась многочасовая продолжительная беседа, Шекспир живо интересовался жизнью в неизведанной России, восхищался всем русским. Микулин, отвечая любезностью на любезность, искренне восторгался увиденным в Лондоне.

Говорят, что на память о встрече Микулин подарил что-то драматургу, Шекспир не знал о такой традиции, не приготовил подарка и был этим чрезвычайно сконфужен. Позднее он решил исправиться и передал через графа Лестера на память Микулину свою аркебузу (ручное огнестрельное оружие), с которой в молодости любил охотиться.

В 1601 году русский посол отбыл на Родину, поселился в своем родном Ярославле, где шекспировская аркебуза напоминала ему о днях, проведенных в Англии. По преданию, однажды через два – три года к нему заехал приятель Иван Никитич Годунов, родственник царя и его стольник. Заговорили про Англию, Микулин показал гостю шекспировский подарок. Годунов и пристал, словно пиявка: «Продай, за ценой не постою». Долго сопротивлялся Микулин, но отказать высокопоставленному гостю не смог. Говорят, рад был Иван Никитич приобретению так, что чуть в пляс не пустился, целоваться полез к Микулину, который еле сдерживал слезы.

Вскоре после смерти Бориса Годунова Иван Никитич впал в немилость, как и все Годуновы. Ему еще повезло: Лжедмитрий I в 1605 году отправил его в почетную ссылку воеводой в далекий и опасный Туринск. Здесь аркебуза Шекспира Годунову пригодилась: постоянно шли с войной кучумовы внуки, совершали набеги кочевники из южных степей. Говорят, не один раз спасала воеводе жизнь аркебуза. Четыре неспокойных года провел Годунов в Туринске, лишь в 1609 году царь Василий Шуйский вернул его в центральную Россию.

Данила Милославский - самый известный Туринский воевода

Данила Иванович Милославский, стоявший в Туринске на воеводстве с 1619 по 1622 год, был родоначальником фамилии, сыгравшей в XVII столетии в России одну из самых главных ролей. В 1648 году его внучка Мария Милославская, как преувеличивали недоброжелатели, до того торговавшая на базаре саморучно собранными грибами из-за бедности, становится женой царя Алексея Михайловича. Через десять дней на второй его внучке Анне женится Борис Морозов, главный советник царя в первые годы его правления. Говорят, что Морозов подстроил царскую свадьбу, чтобы через Анну породниться с царем, но в то же самое время не позволить новым царским родственникам по жене оттеснить его, Морозова, с первых ролей в государстве по причине их относительной безродности. Вскоре после Московского бунта Морозов все же уступает свою роль первого человека при царе сыну бывшего Туринского воеводы Илье Милославскому, который сохраняет свои позиции до 1669 года. В конце столетия клан Милославских, во главе которого стояла царевна Софья, сцепился с кланом второй жены Алексея Михайловича Нарышкиными, во главе которых встал молодой Петр I . В результате Милославские проиграли. После этого начался закат фамилии.

В Туринске отец будущего главы русского правительства и дедушка будущей царицы прославился тем, что очень любил деньги. При этом совершенно неважны были пути их добывания. Говорят, не было ни одного серьезного обоза из России в Сибирь или обратно, который он не пытался так или иначе обобрать. Кроме того, Данила Милославский прослыл человеком вспыльчивым, мелочным, грубым и своевольным. К примеру, когда однажды в Туринске остановился первый архиепископ Тобольский и Сибирский Киприан, то Милославский, важничая, не встретил его должным образом. А когда Киприан назначил в местный Покровский монастырь священника Макария и двух монахов с ним, то воевода пускать в обитель их не велел, топал ногами, плевался и обругал архиепископа самыми обидными словами, сказав, что он здесь сам царь и Бог.

Воевода Василий Трегубов

Некоторые Туринские воеводы главной целью своего воеводства ставили личное обогащение. За всю историю Туринска трудно найти равного по этой части воеводе Василию Трегубову, который отличался большой изобретательностью и смекалкой по части опустошения чужих карманов. Особенно страдали проезжавшие из России в Сибирь или обратно обозы. О Трегубове слагали легенды, заехать в Туринск боялись и радовались окончанию знакомства с городом. Туринский воевода умудрялся вытягивать средства даже у государевых людей, не говоря о частных персонах.

Однажды в 1663 году по пути из Сибири в Москву в Туринске остановился отряд служилых людей, перевозивший для царя пушнину. Во главе отряда стояли сын боярский Иван Ерастов и знаменитый мореплаватель, первооткрыватель пролива между Азией и Америкой Семен Дежнев. Воевода не предоставил для обоза транспорт до Верхотурья, как того требовала подорожная грамота, начал намекать на взятку. Не получив ожидаемого, Трегубов стал придираться к грамоте, говорил, что она поддельная, воровская, крепко ругался, начал предъявлять претензии к качеству упаковки: подбитые ящики, подмоченные мешки, что все это вселяет большие сомнения в компетентности казаков, что продукт государственной важности вряд ли может сохраниться до Москвы при таких нерадивых исполнителях. Долго выслушивал объяснения Дежнева и Ерастова, что при столь длительном пути не может быть все гладко. После дебатов все же выделил для отряда старое судно, на котором до Верхотурья было явно не дотянуть. Когда же выяснилось, что судно не пригодно для плавания, затянул ремонт: плотник был постоянно пьяным, строительные материалы не везли. В результате после многодневных ожиданий и грубых прений Дежневу с Ерастовым пришлось раскошелиться, чтобы получить надежное судно и продолжить путь на Верхотурье.

Но бывало, и коса находила на камень. В том же 1663 году из сибирской ссылки в Москву через Туринск возвращался легендарный руководитель русского раскола протопоп Аввакум. В городе он начал яркую пропаганду своих идей, обличая нечестивую жизнь воеводы, называя его брюхатым. Чтобы избежать нехороших последствий Трегубов дал Аввакуму пять рублей, провизию и надежный транспорт для продолжения пути в сторону Верхотурья.

Как бы то ни было, но, в конце концов, за взяточничество и мздоимство Трегубова сняли с должности и отозвали в Москву.

Иван Андреевич Панаев. Панаевы. Поэт Некрасов

Примером хорошего воеводы был Иван Андреевич Панаев, долгое время сидевший на воеводстве в Туринске во второй половине XVIII века. По преданию, дворянский род Панаевых происходил от новгородцев Паналимоновых, переселенных Иваном Грозным в восточную Россию. По словам современников, Иван Андреевич отличался справедливыми решениями в разрешении конфликтов горожан, много сил отдал на благоустройство города, строительство каменных храмов, в том числе Спасской церкви, сохранившейся до наших дней. В 1779 году его стараниями в монастыре вместо деревянного храма была заложена каменная Вознесенская церковь.

В 1753 году у воеводы родился сын Иван, который все свое детство провел в Туринске, здесь окончил училище для мальчиков, а, став взрослым, по протекции тобольского губернатора отправился в Петербург делать карьеру. Через год он уже адъютант у генерала Румянцева. Вскоре женится на племяннице поэта Г. Р. Державина, заводит дружбу с драматургом Я. Б. Княжниным, просветителем Н. И. Новиковым. Последнему оказывает большую помощь в распространении его антикрепостнических произведений, отправленному в ссылку А. Н. Радищеву помогает деньгами. В Туринске он становится владельцем первой на Урале бумажной фабрики.

Один из его сыновей Владимир Иванович Панаев женился на дочери казанского вице-губернатора и сумел сделать блестящую карьеру, став в 1832 году начальником канцелярии Императорского двора с правом личного доклада Николаю I . В Туринске ему приходилось бывать часто, так как он являлся владельцем бумажной фабрики. Здесь Владимир Иванович не раз встречался со своим другом И. И. Пущиным. Более всего этот Панаев прославился как поэт-сентименталист, пожалуй, самый известный в России. Его идиллии нравились Державину, в отличие от А. С. Пушкина, который жестко критиковал Панаева за его слащавую сентиментальность, «как будто не Панаев писал, а его разлюбезный камердинер». В своих стихах «Русскому Геснеру» Пушкин намекает на Панаева, последователя европейского сочинителя идиллий Соломона Геснера.

Самым же знаменитым среди Панаевых был правнук туринского воеводы, племянник Владимира Ивановича, Иван Иванович Панаев, который после дяди стал владельцем Туринской бумажной фабрики. Вместе с Н. А. Некрасовым с благословения Белинского он решил возобновить пушкинский «Современник». В 1847 году вышел первый номер нового журнала, который на многие годы стал самым популярным отечественным изданием, главными редакторами и издателями которого были под номером один – И. И. Панаев, а под номером два – поэт Некрасов. Панаев в «Современнике» был первым, потому что печатался журнал на туринской бумаге, Туринская фабрика являлась основным для издания источником средств.

Первое время из-за отсутствия должного досмотра поступление средств из Туринска было недостаточным и постоянно уменьшалось. Именно потому, по некоторым сведениям, в 1850 году в Туринск поехал Н. А. Некрасов, отличавшийся в сравнении с Панаевым большей жесткостью и деловитостью. На фабрике поэт отстранил от управления родственницу Панаева, поставив нового управляющего, перед тем посоветовавшись по кандидатуре с местными заводчиками, начал замену оборудования, навел порядок в бухгалтерии. Во время пребывания в Туринске Некрасов побывал на могиле Ивашевых, осмотрел дома Басаргина и Ивашева, встретился с декабристом Бригеном.

Панаев и Некрасов жили в одной квартире в Петербурге на Литейном, выпускали один журнал и никак не могли поделить между собой одну женщину – Авдотью Панаеву, русскую Жорж Санд. Восемь лет она была женой Панаева, все эти годы за ней ухаживал большой специалист по женскому полу Н. А. Некрасов. Говорят, Панаев был гораздо более скучным, чем шумный и бойкий Некрасов, картежник, ловелас и любитель компаний. Именно потому Авдотья Панаева, бросив мужа, остается жить в этой же квартире, но уже с другим мужчиной. Хорошие отношения ее с Панаевым сохраняются, тот тоскует, 15 лет ждет возвращения своей любимой, но харизматичный Некрасов не оставляет ему шансов. В 1862 году Панаев тяжело заболевает и умирает на руках своей бывшей жены с надеждой, что они снова будут вместе и уедут в деревню, подальше от Некрасова.

«Сибирская темница»

На протяжении всей истории Российской империи Туринск прославился как город, с которого начина­лась «сибирская темница», место, выбранное государством для ссылки неугодных ему людей. С легкой руки императора Александра II самый западный город Сибири нередко именовали как «место, не столь отдаленное от столицы». На окраине города было выстроено огромное здание сибирской пересыльной каторжной тюрьмы. Через нее проследовало в Сибирь тыся­чи знатных и малоизвестных изгнанников. Те, что оставались в Туринске, селились недалеко от нее в качестве квартирантов в домах местных жителей либо, очень редко, в собственных домах, если имели на то разрешение и материальную возможность. На том месте, где когда-то находилось здание пересыльной тюрьмы, уже в наше время был установлен памятный знак (в центре города, рядом с центральной библиотекой, которая находится по адресу Ленина, 33).

Первый туринский ссыльный и Робинзон Крузо

По преданию, первым туринским ссыльным был князь Петр Пронский. В 1617 году во время войны с Польшей, будучи вяземским воеводой, князь проявил малодушие и бежал из города, когда к нему приблизились войска короля Владислава IV . За это царь Михаил Федорович ссылает Пронского в Туринск, куда князь прибывает в начале 1618 года, и где более двадцати лет ждет освобождения. В ссылке князь духовно возмужал. Говорят, что к нему тайно приезжал сын, который уговаривал отца на побег, но тот ответил отказом.

Через сто лет Даниэль Дефо пишет «Дальнейшие приключения Робинзона Крузо», плохо известные современному читателю. В этой повести самый знаменитый в мире путешественник после возвращения с необитаемого острова отправляется в путешествие по странам и континентам. Из Китая Робинзон едет через всю Россию в Архангельск. Для того чтобы описать эту часть путешествия Крузо, Дефо изучает Россию, в первую очередь загадочную Сибирь. Очевидно, во время этих изысканий писатель узнает о судьбе Пронского. В письме к другу Роберту Гарлею Даниэль Дефо пишет: «Мне кажется опальный князь Пронский как пример нравственного «очищения» благородством окружающей природы мог бы стать приятным собеседником моему Робинзону».

Так князь Пронский становится прототипом опального царского министра, находящегося в ссылке в Тобольске, в разговорах с которым Робинзон проводит долгих восемь месяцев (по представлениям англичан того времени такие суровые в наших краях зимы). Так как на улице из-за холода нет никакой возможности находиться, Робинзон с Пронским философствуют, попивая за разговорами водочку, смешанную с водой, а в торжественных случаях – мед. Через эти разговоры Дефо доносит до читателя свои взгляды на смысл человеческого бытия. Беседы туринского ссыльного с Робинзоном Крузо занимают едва ли не десятую часть «Дальнейших приключений». Перед отъездом Крузо друзья обмениваются подарками, Робинзон предлагает ссыльному содействие в побеге в Европу. Пронский думает и, в конце концов, просит организовать побег не себе, а сыну, молодому опальному вельможе. Робинзон отправляется в путь. По ночам останавливается в Туринске, Верхотурье, других русских городах. Сын Пронского ночует в палатке за пределами городских стен, а днем в пути выдает себя за управляющего, который сопровождает караван Робинзона.

Николай Шевелев. Рукописи Моцарта

В 1881 году в туринскую ссылку попал известный русский революционер Николай Шевелев, один из лидеров русских революционеров середины XIX века, друг А. Герцена, спонсор легендарного «Колокола». Более всего прославился он в качестве участника Парижской Коммуны 1871 года, где руководил обороной форта Ванв, был начальником порохового завода, снабжавшего коммунаров боеприпасами. После разгрома Коммуны был схвачен и вскоре передан русским властям. Затем Шевелев долгие годы находился в тюрьме, подорвал здоровье и с чахоткой был доставлен в Туринск, доживать свои последние дни.

Здесь он поселился в маленьком домишке вблизи пересыльной тюрьмы, затем снял квартиру в двухэтажном доме по улице Кучугуровской. Рассказывают, что больной и умирающий в обычное время, он вдруг становился стройным и сильным с горящими глазами, когда речь касалась близких его сердцу истин. В феврале 1885 года он мужественно встретил свою смерть в местной больнице, где за ним ухаживала молодая женщина, будто бы без памяти влюбившаяся в уже совсем дряхлого революционера. Шевелева отпели в Покровской церкви и похоронили в левой части туринского кладбища, где хоронили ссыльных. С годами могила Шевелева заросла и затерялась на туринском кладбище и сегодня ее местонахождение неизвестно.

По одному туринскому преданию, в могилу Шевелева свели рукописи Моцарта. Содержание бумаг великого композитора до сих пор не известно, но версии очень интригующие и любопытные. Точно известно одно, что после смерти Моцарта, все, кто обладал этими рукописями, заканчивали трагично. Самой первой последовала смерть злосчастного Сальери, затем австрийский император Леопольд, архиепископы Вены и Зальцбурга, директор берлинской школы… Бумаги путешествуют по Европе, находя все новых жертв, оказываются в Париже. Здесь в дни Коммуны во время обыска их находят в доме одного аристократа. Бумаги попадают к коммунару Шевелеву. Вместе с ним они путешествуют и оказываются в Туринске. Здесь у революционера вдруг резко прогрессирует болезнь, которая сводит его в могилу. Бумаги Моцарта попадают к купцу Чиркову, который однажды во время масленицы падает с саней и случайно стреляет себе в бок из пистолета. Вскоре купец умерает. Во время Гражданской войны белогвардейский полковник Касагранди выпрашивает рукописи у сестер Чиркова и, взяв бумаги, отступает с Белой армией в сторону Дальнего Востока. Во Владивостоке он уже готовится к отплытию в США, где за хорошую цену мечтает продать рукописи Моцарта. Но перед самым отправлением парохода полковника находят мертвым в гостинице. Саквояж с ценными бумагами бесследно исчезает, возможно, навсегда.

Капитан Немо в Туринской ссылке

После разгрома польского восстания 1863 – 1864 годов за независимость Польши от России, в Туринске образовалась целая колония ссыльных польских повстанцев, более 50 человек. Говорят, события в Польше подвели писателя Жюля Верна к идее романа «20 тысяч лье под водой». Рассказывают, что по первоначальному замыслу капитан «Наутилуса» Немо – поляк, чьи дочери изнасилованы, жена зарублена топором, отец умер под кнутом, а друзья гниют в Сибири. Он мстит русскому правительству и всюду топит его корабли. Но в дальнейшем от конкретной привязке к политическим событиям пришлось отказаться, чтобы не обострять отношения Франции и России, из-за чего роман могли запретить. В окончательном варианте Немо становится символом борьбы против всякой тирании со стороны наций-завоевателей. Но, как бы то ни было, существует мнение, которое основано на переписке Жюля Верна с его издателем Этцелем, что собирательный образ капитана Немо был списан с образов Туринских ссыльных поляков Н. Подревского, К. Кадчинского, С. Германа и других.

Александр Грин

Побывал в Туринске в качестве ссыльного известный писатель, автор знаменитой повести «Алые паруса», Александр Грин. В мае 1906 года он был выслан в город на Туре на 4 года за антиправительственную деятельность и принадлежность к партии эсеров. Но пробыл в ссылке Грин в отличие от большинства других ссыльных недолго, то ли через день пребывания в городе, то ли через три ему удалось совершить удачный побег, так что все попытки полиции выследить его оказались тщетными.

По рассказам, о побеге Грин сговорился с двумя анархистами и одним эсером еще по дороге из Тобольска. Оказавшись в Туринске, Грин устроился жить в одном стареньком крестьянском доме недалеко от пересыльной тюрьмы. По преданию, далее он встретился с исправником, предложив ему обмыть свой приезд и получше познакомиться. Исправник перед дармовой водкой устоять не смог и назначил пьянку на вечер. Пили за доблестных стражей порядка, за царя-батюшку, за дружбу, потом, как часто бывает, пошли песни, начались объятья и поцелуи. В результате исправник и полицейские уснули в стельку пьяные, а Грин с несколькими ссыльными бежали из Туринска. Из всех беглецов от погони сумел уйти один Грин. По одной версии, он добирался до железной дороги сухим путем по проселочным дорогам. По другому рассказу, Грин заранее купил в туринской деревне Бор лодку, на которой после побега проплыл вниз по Туре до Тюмени и далее продолжил свой путь в центральную Россию на поезде.

Говорят, этот сюжет из своей жизни в будущем Грин использовал при написании рассказа «Сто верст по реке», по которому уже в наше время был снят одноименный фильм. Кроме того, есть мнение, что события туринского побега использовались писателем в рассказах «Зимняя сказка», «Кирпич и музыка», «Остров Рено», «Ли».  

Декабристы

Среди Туринских ссыльных более всех оставили о себе память семь декабристов, отбывавших здесь послекаторжную ссылку. Первым в 1830 году в Туринске посе­лился С. М. Семенов. Следом прибывают В. П. Ивашев, Н. В. Басаргин, лицейский друг Пушки­на - И. И. Пущин, Е. П. Оболенский, который ранил во время восстания петербургского градоначаль­ника Милорадовича, А. Ф. Бригген, и И. А. Анненков. Невеста Анненкова, Полина Гебль, прояви­ла чудеса мужества, не желая расставаться с любимым человеком. Об этой истории любви А. Дюма написал роман "Учитель фехтования", вызвавший большие нарекания туринских колонистов. В 1975 году эта история вошла в сюжет фильма Марка Захарова "Звезда пленитель­ного счастья", где роль поручика Ивана Анненкова сыграл актер Игорь Костолевский (сын Милосердова из фильма «Гараж»).

В городе сохранились дома Семенова, Басаргина и Ивашева. Благодаря декабристам Туринск начал приобщаться к садоводству и озеленению улиц. На приусадеб­ном участке Басаргина впервые на Урале появи­лись многие культурные растения. Парк, который заложили декабрис­ты в городе, жив до сих пор.

Дом Ивашева

Подарок Жуковского

Декабрист Ивашев прибыл в Туринск на поселение с женой и детьми в августе 1836 года. Через некоторое время ему отвели место для строительства дома, отец, Петр Никифорович, бывший генерал-квартирмейстер и начальник штаба А. В. Суворова, выслал деньги на строительство и лично составил проект будущего особняка. Василий Петрович внес лишь некоторые поправки в детали фасада здания. С тех пор этот дом сохранился без больших изменений.

Рассказывают, что если бы не протекция знаменитого поэта В. А. Жуковского, то особняк этот вряд ли удалось бы построить. А случилось это вот как. Летом 1837 года в Симбирске на выставке крестьянских изделий встретились два давних приятеля – Петр Никифорович Ивашев, представлявший труды своих крестьян и Василий Андреевич Жуковский, с интересом рассматривавший экспонаты. После выставки Ивашев пригласил великого поэта погостить в своем имении под Симбирском. Уже там он попросил его об одолжении. По закону, он не мог направлять материальную помощь своему сыну декабристу, как государственному преступнику. Ивашев просил Жуковского помочь в решении этого вопроса, ведь тот обладал высоким статусом, являясь наставником наследника русского престола Александра Николаевича, будущего Александра II . Жуковский уговаривает наследника уважить просьбу старика, передает ему прошение Ивашева, Александр Николаевич направляет это прошение отцу-императору. Подумав, Николай I разрешает Ивашеву старшему выслать в Туринск для сына материальную помощь, а также чертежи будущего дома.

Говорят, что хлопоты за Ивашевых едва не завершились для «учителя царской семьи» большими осложнениями. Будто бы Николай I в частной беседе с большим неудовольствием произнес: «Тебя называют защитником всех тех, кто худ с правительством».

История любви Ивашевых. Могила Ивашевых

В доме Ивашевых с 1993 года действует мемориальный музей декабристов, который рассказывает о пребывании в Туринске этих замечательных людей. Здесь воссоздана обстановка первой половины XIX века. В каминном зале проходят музыкальные вечера, в центре зала стоит пианино немецкой фирмы «Рихтер», подарок музею от известного режиссера Никиты Михалкова.

Главная тема музея - повесть о необычайной любви русского офицера В. П. Ивашева и француженки Камиллы Ле-Дантю, последовавшей вслед за любимым человеком в далекую сибирскую каторгу, где состоялась их скромная свадьба. В Туринске прошли финальные сцены этой удивительной истории.

Годы совместной жизни в Туринске стали для Ивашевых годами тихого семейного счастья. По чертежам отца Василий Петрович возводит дом. Много внимания он уделяет литературному творчеству, музыке, живописи, редактированию работ отца о генералиссимусе Суворове. Дом Ивашевых становится центром колонии декабристов. Казалось, что жизнь налаживается, но беда подкралась неожиданно.

25 декабря 1839 года из-за простуды у Камиллы случились преждевременные роды. Девочка Лиза скончалась через два дня. Почти следом умерла Камилла. Беско­нечны были страдания Ивашева. По рассказам, он, бросив все свои обычные занятия, постоянно пребывал в меланхолии, постепенно угасал. Ровно через год после смерти жены, заказав

панихиду, он ложится спать и умирает. Как не смогла в свое время прожить без любимого Камилла, так и он не смог без нее выжить на этом свете Памятник, спроектированный Ивашевым на могилу жены, стал памятником и самому Василию Петровичу.

На туринском кладбище до наших дней хорошо сохранился памятник на могиле несчастных влюбленных. По преданию, вскоре после смерти Ивашевых, здесь, рядом с памятником, выросли два дерева. Местные жители считают, что в них нашли последнее прибежище души Камиллы и Василия Петровича, хранители и помощники всех любящих и открытых для любви - самого светлого в нашем мире чувства.

Толстой и Ивашев

Одно время в светских кругах России тема трагической смерти Камиллы и Ивашева была необычайно популярна: дамы пересказывали друг другу все новые подробности этой истории, описывали эти подробности в письмах, модный писатель М. А. Веневитинов посвятил этому сюжету целую повесть, назвав ее «Роман декабриста». Говорят, известнейший критик В. В. Стасов предложил Л. Н. Толстому объемную переписку Ивашева, посоветовав что-нибудь написать на основе этого материала. Толстой Стасову будто бы ответил, что ему этот сюжет не интересен, что здесь много искусственного, и что вся эта история в последнее время сделалась пошлой.

Толстой хорошо знал Ивашева, который приходился ему дальним родственником по линии матери. Василий Петрович был приятелем отца Льва Николаевича, бывал у него в гостях в Ясной Поляне. По рассказам, великий писатель был знаком с музыкальными произведениями Ивашева, написанными в Туринске, и даже, по словам Н. Страхова, исполнял их на фортепьяно. В одном из вариантов своего незаконченного романа «Декабристы» Толстой сделал Ивашева прототипом декабриста Лукашева, использовал сюжет о его намерении бежать с каторги из Читинского острога в Китай: Ивашева остановило известие о скором приезде невесты. Но главная роль в этом романе принадлежала другому жильцу Дома Ивашева И. И. Пущину.

Пущин, Пушкин и Толстой

Иван Иванович Пущин – лицейский товарищ, первый и, пожалуй, лучший друг А. С. Пушкина («Мой первый друг, мой друг бесценный»), также является героем дома Ивашева. Уже в наше время в Туринске, вблизи дома Ивашева, был установлен памятник Пущину. В октябре 1839 года он прибывает на поселение в Туринск, где останавливается на частной квартире. Но в марте 1840 года после смерти Камиллы переселяется к Ивашеву, чтобы поддержать друга и его семью. Здесь он занимает комнаты на втором этаже, где сейчас находится администрация музея, в этих комнатах «бесценный» друг Пушкина прожил более трех лет.

Для Л. Н. Толстого Пущин стал прототипом главного героя в одном из вариантов его незаконченного романа «Декабристы», который, говорят, хоть и был незавершен, но приблизил писателя к теме эпопеи «Война и мир», помог найти образы многих героев знаменитого произведения. Из 28 героев-декабристов романа Петр Лобазов имел своим прототипом Ивана Пущина, прототипом жены Лобазова, Натальи Николаевны, стала Фонвизина Наталья Дмитриевна, сквозь годы сохранившая к Пущину самые светлые чувства, лишь на закате лет создавшая с ним семью. Отец Фонвизиной Дмитрий Апухтин остался в романе под своей фамилией. Определенное место в «Декабристах» уделяется пребыванию Пущина-Лобазова в Туринске, общению с друзьями, туринскими крестьянами, которым он вместе с другими декабристами помогает создать свободную артель, приобщиться к передовым методам землепользования.

Пущин – Евгений Онегин

Еще при жизни Пушкина говорили, что прототипом Евгения Онегина для поэта стал его «первый друг» Иван Пущин, а прообразом Татьяны Лариной – Наталья Дмитриевна Фонвизина (в девичестве Апухтина). Современники подчеркивали небывалое сходство характеров. Об этом писали без всяких сомнений. К примеру, родственник Фонвизиной Молчанов оставил уверенную запись: «Пушкин своим поэтическим талантом опоэтизировал Наталью в своем «Евгении Онегине». А С. Максимов в книге «Сибирь и каторга» пишет: «Н. Д. Фон-Визина в молодости послужила идеалом Пушкину для Татьяны в «Онегине». Да и сами Пущин и Фонвизина, находясь в Сибирской ссылке, он – в Туринске, она – с мужем в Тобольске, ведут активную переписку, где нередко называют друг друга «Таня» и «Онегин». В одном из писем к Пущину в Туринск Наталья Дмитриевна пишет: «Ваш приятель Александр Сергеевич, как поэт, прекрасно и верно схватил мой характер, пылкий, мечтательный и сосредоточенный в себе».

Рассказывают, как когда-то в молодости Наталья Фонвизина встретила Пущина, гостившего в имении ее отца, страстно влюбилась в него, но тот, выслушав ее признание, вскоре уехал, даже не объяснившись. В отчаянии Наталья вышла замуж за своего двоюродного дядю М. А. Фонвизина, героя Отечественной войны 1812 года, не по любви, а в благодарность за его сердечную привязанность. Встретив как-то в Москве на балу сбежавшего от нее в далеком прошлом молодого человека, который на этот раз был поражен ее красотой и обаянием, Фонвизина отвергла все его нынешние притязания на ее руку и сердце.

Сам Пущин в августе 1841 года рассказывал своему другу поэту В. И. Панаеву, приезжавшему в Туринск по делам своей бумажной фабрики, что влюбился в Фонвизину еще во время их первой встречи, но не захотел подвергать будущее девушки опасности, потому и бежал от нее. Но позднее, встретив ее на балу, понял свою ошибку, пытался вернуть отношения, но был отвергнут Натальей. В марте 1841 года И. Пущин в письме к Е. Оболенскому признается, что как-то рассказанная им в 1819 году у Дельвига любовная история имела продолжение в «Евгении Онегине».

Согласно Ю. И. Клюшникову, 22 октября 1823 года, в день окончания первой главы «Евгения Онегина», А. С. Пушкин писал брату Льву Сергеевичу из Одессы в Петербург: «Ты требуешь от меня подробностей об «Онегине»? Признаюсь. Многие места в моем «Онегине» относятся к Апухтиной, в которую Пущин был очень долго и очень глупо влюблен. Сюжетом романа обязан я Пущину, другу моей славы».

Евгений Онегин в Туринске. Туринское продолжение великого романа

Со времен А. С. Пушкина существует мнение, что «Евгений Онегин» незаконченное произведение, есть сведения, что поэт хотел его продолжить. К примеру, М. Юзефович, друг брата Пушкина, оставил записи, составленные на основе разговора с Александром Сергеевичем на Кавказе в 1829 году, где раскрывается сюжетная линия продолжения «Евгения Онегина». Согласно Юзефовичу, в продолжении романа Онегин участвует в заговоре декабристов, за которым следует восстание, а затем ссылка. В Сибири Онегин вновь встречается с Татьяной, которая поехала туда вслед за мужем-декабристом, идет описание сибирской эпопеи декабристов, в конце романа Онегин и Татьяна соединяются в вечный союз. Как и многие, Юзефович не решался обнародовать пушкинский замысел, потому что опасался последствий.

А что же наши Пущин и Фонвизина? На глазах у Пушкина они попадают в Сибирь. Уже после смерти поэта, Пущин из Туринска, а Фонвизина из Тобольска ведут между собой дружескую переписку, Пущину не очень нравилось, когда Наталья Дмитриевна называла его «Онегиным», но сам он часто ласково обращался к Фонвизиной – «Таня»: «Спасибо глубокое за письмо милой Тане. Таня знает, чем потешить юношу. Только, пожалуйста, милая, ненаглядная Таня, никому об этом не говори». Но слишком далеко Фонвизина пойти не могла, верная мужу, а Пущин все чего-то ждал, без жены, семейных утех, с одними приемными детьми.

В 1853 году Фонвизиным в виде исключения разрешили выехать в центральную Россию, в Марьино, в имение брата Михаила Фонвизина (для большинства декабристов ссылка закончилась лишь в 1856 году). Вскоре М. А. Фонвизин умирает. Далее исполнилось предначертанное Пушкиным. Фонвизина, которой уже далеко за 50, доказывает, что «любви все возрасты покорны»: она тайно, под угрозой наказания, снова едет в Сибирь, где встречается с любовью своих юных лет – Иваном Пущиным, в 1857 году они сочетаются браком. Пущину-Онегину пришлось исправлять ошибку своей молодости почти всю жизнь, наконец, в 59 лет он обретает Таню Ларину – Наталью Фонвизину, которую ждал много-много лет. Судьба отпустила Пущину лишь 2 года тихого семейного счастья: 3 апреля 1859 года он умер и был похоронен в Марьино, рядом со своим соперником, М. А. Фонвизиным.

То, что не написал Пушкин, было написано самой жизнью, значительная же часть этого увлекательного действия прошла в Туринске.

Дом Басаргина

В движение декабристов Николай Васильевич Басаргин принял участие скорее не из идейных соображений, а потому что ему нравилось общаться с неравнодушными и интересными людьми. В восстании участия не принимал, так как был серьезно болен после смерти жены. Но за членство в Южном обществе попал под следствие. Легко мог бежать заграницу, но не воспользовался возможностью, потому что не захотел «отделить свою судьбу от судьбы своих товарищей».

На поселении в Туринске находился с 1836 по 1842 год. Город Басаргину, в отличие от Пущина, понравился. Здесь он приобрел дом (расположен рядом с домом Ивашева), сделал пристрой, у дома разбил сад, где занялся разведением различных культурных растений, многие из которых именно отсюда начали распространяться по Уралу. Басаргин был большим любителем цветоводства, очевидно, многие виды цветов впервые появились в регионе из сада Николая Васильевича, к примеру, гладиолусы, без которых сегодня на Урале сложно представить праздник 1 сентября.

В 1839 году Басаргин повторно женился на дочери подпоручика туринской инвалидной команды 18-летней Марии Мавриной. Но семейная жизнь не заладилась. Двое детей от этого брака умерли еще в младенчестве. Молодая мама не могла перенести горя, ища спасение то в религии, то в самобичевании. В 1846 году Мавра умерла. В 1847 году, уже будучи в Тобольске, Басаргин женился третий раз, женой его стала Ольга Ивановна Менделеева, родная сестра знаменитого ученого Д. И. Менделеева. С Дмитрием Ивановичем Басаргин был в приятельских отношениях, решал важные вопросы. К примеру, совместно они женили брата Дмитрия Ивановича, П. И. Менделеева. Дело в том, что в семье Басаргина воспитывалась дочь рано умершего декабриста Мозгалевского – Полинька. Так вот знаменитый химик с декабристом решали, подходят ли молодые люди друг к другу, как Петр относится к семейному быту.

Парк Декабристов. Миледи Винтер в Туринске

Рядом с домами декабристов разбит сад, по преданию, посаженный участниками восстания во время их ссылки в Туринске. Это, вероятно, старейший на Среднем Урале парк. В годы Великой Отечественной войны в центре парка находилось деревянное здание клуба. В конце августа – начале сентября 1942 года здесь ставили свои спектакли о подвигах советских солдат артисты Свердловского драматического театра, основную часть гастролирующих артистов которого составляли актеры, эвакуированные из центральных областей СССР. Во время гастролей в Туринске в молодой актерской семье Тереховых случилось пополнение – родилась девочка Рита, в будущем известная артистка Маргарита Терехова, снявшаяся в более чем 40 кинокартинах, наиболее известная ее роль – коварная Миледи Винтер из фильма «Д'Артаньян и три мушкетера». Тереховым из-за родов пришлось в Туринске на некоторое время задержаться. Здесь они жили на улице Кирова в доме № 23, рядом с современным зданием туринской администрации. Позднее здание это снесли в связи с расширением площади Восстания.

Чирков. Чирковская галерея

Среди туринских купцов наибольшую память о себе оставил Семен Чирков, огромный дом которого, построенный в редком для Зауралья стиле модерн, находится на спуске из нагорной части города, ныне в нем работает суд.

По преданию, Семен был незаконнорожденным сыном одного купца из деревни Коркиной и его домработницы. Чтобы скрыть от жены свой грех, купец по быстрому выгнал из дома свою любовницу, оставив ее с грудничком без гроша в кармане. Женщина нашла приют в соседней деревне Ерзовке у своей сестры-учительницы. Семья постоянно терпела нужду, и потому, когда сын подрос, мать отдала его на Ирбитской ярмарке в услужение к одному бездетному купцу из Симбирска. Смышленый мальчик так понравился купцу, что тот вскоре стал воспринимать его, как приемного сына, а позднее сделал своим главным помощником. Благодаря деловым поездкам, Чирков побывал в Китае, Монголии, во многих городах России. После скоропостижной смерти благодетеля ему досталась половина его наследства. Благодаря этим средствам и природной смекалке, Семен Чирков вскоре становится владельцем громадных чайных плантаций в Китае.

Чирков женится на очень красивой девушке из бедной семьи, которая оказалась бездетной. Может быть поэтому, а может потому, что сам был многого лишен в детстве, Чирков отличался каким-то необычайным соучастием к людям, особенно к бедным детям. В его большом доме на содержании находилось несколько сирот, к Рождеству или на Пасху Чирков по всему городу развозил детишкам подарки, а в Новый год для туринской детворы устраивал в собственном доме новогоднюю елку с конфетами и пряниками.

Более всего Чирков прославился своей частной художественной галереей, во многом уникальной. Говорят, на первом этаже его дома размещалась крупнейшая в Европе и России коллекция больших китайских ваз, которая охватывала практически всю историю китайского многоцветного фарфора. Специалисты особенно выделяют кашпо периода Канси (1662 – 1722 годы) с росписью в гамме «черного семейства». В Китае было запрещено вывозить редкие фарфоровые вазы, так как они считались национальным достоянием, Чирков покупал их за большие деньги и тайно вывозил в тюках чая. В коллекции Чиркова также была широко представлена русская живопись второй половины XIX века: в 1882 году он познакомился с П. Третьяковым, который свел предпринимателя со многими передвижниками. Так в Туринске оказались работы Поленова и Сурикова, Репина и Шишкина, Васнецова и Куинджи. Как к хорошему знакомому в 1891 году к Чиркову приезжал знаменитый художник В. И. Суриков для зарисовок на Туре для картины «Покорение Сибири Ермаком». По завещанию Чиркова, после его смерти уникальная галерея отошла городу, но в годы Гражданской войны почти все, что было собрано купцом за долгие годы, растащили. Часть коллекции переехала в музеи Москвы и Ленинграда. Лишь в 1928 году состоялась передача того, что сохранилось, в Ирбитский музей. Сегодня эта часть чирковской галереи, в первую очередь предметы восточной коллекции, а также картины, представлена в Ирбитском историко-этнографическом музее, являясь яблоком раздора между культурной общественностью Туринска и Ирбита.

По официальной версии умер Чирков в результате несчастного случая. В масленицу 1911 года он катался на лошадях, на крутом повороте выпал из саней, случайно выстрелив себе в бок из револьвера. Медики остановили кровь и обнадежили, что скоро все пройдет. Но Чиркову становилось все хуже. По рассказам, он объявил, что своему спасителю пожертвует половину состояния, но все попытки оказались тщетными. Тогда Чирков оглашает завещание: он просит похоронить его по православному обычаю, а весь свой огромный дом отдает под приют для детей-сирот. До сих пор существует несколько неофициальных версий смерти Чиркова. Одни говорят о таинственной гибели из-за зловещих рукописей Моцарта, которые находились в его собрании, и которые якобы несли смерть всякому новому их обладателю. Другие говорят об убийстве, которое совершили служители охранки за помощь со стороны Чиркова ссыльным революционерам.

Свято-Николаевский монастырь

Предыстория Николаевской обители

В одном квартале от дома Ивашевых находится Свято-Николаевский женский монастырь, с очень большой, интересной, насыщенной событиями историей.

В 1604 году в Туринске был создан Покровский женский монастырь, преобразованный в 1624 году в мужской. Долгое время все сооружения обители были деревянные, лишь в 1785 году освятили каменную Вознесенскую церковь, построенную по инициативе и, по некоторым данным, на средства туринского воеводы И. А. Панаева. Этот воевода был дедом лучшего в России поэта-сентименталиста В. И. Панаева, который, говорят, враждовал с А. С. Пушкиным, прадедом И. И. Панаева, который после А. С. Пушкина вместе с Н. А. Некрасовым издавал самый известный в XIX веке русский журнал «Современник».

Рассказывают, что в конце 30-х годов XVIII века, еще до постройки каменного храма, туринских иконописцев, расписывавших иконостас монастырской церкви, консультировал известный русский живописец Иван Никитин. При Петре I Никитин был лучшим в России художником, имевшим исключительное право писать царские портреты. Можно сказать, что Никитин был первым русским художником нового времени. При Анне Иоанновне бывшая неверная жена Никитина, желая отомстить бывшему мужу и завладеть его домом, сделала донос, обвинив его в измене государыне. В 1738 году Никитина пытали, а затем сослали в Тобольск. Находясь в ссылке, он не раз бывал в Туринске. Здесь написал портреты многих знатных горожан, в том числе воеводы Л. Е. Пашкова, помогал расписывать иконостасы трех туринских храмов, в том числе и монастырского.

После закона о секуляризации 1764 года туринский монастырь оказался за штатом, то есть совершенно без всякой материальной поддержки со стороны государства. Очевидно, эти обстоятельства привили к тому, что постепенно численность братии в обители уменьшалась, и в начале XIX века монастырь практически перестал существовать.

Краткая история Николаевского монастыря

В 1799 году в Сибири, недалеко от города Кузнецка, поселились прошедшие большой путь старчества пустынножители Василиск и Зосима. По просьбе вдовы Конюховой, они начали наставлять ее в правилах монашеской жизни. Постепенно к вдове начали присоединяться другие женщины, образовалась община. По мнению старцев, для существования женской обители место в деревне среди мирян, где жила Конюхова с другими насельницами, было неподходящее, и Зосима отправляется на поиски другого места. В Туринске он обнаружил пустые стены бывшего мужского монастыря, и в 1822 году по указу императора Александра I туринский монастырь был преобразован в женский Николаевский.

Сестер отец Зосима разместил в кельях, а сам поселился в старой баньке. Отец Василиск остался жить в лесу, в уединении в 8 верстах от обители. Фактически отец Зосима был не только попечителем монастыря, но и его руководителем. Для сестер он стал настоящим отцом и наставником. В обители установились порядки строгие, но справедливые, а между сестрами, по рассказам, царили сердечные отношения. Беда подкралась неожиданно: мать и дочь Васильевы, заведуя финансами обители, решили захватить в монастыре всю власть, написав на старца лживый донос. Будто бы старец присвоил часть монастырских средств, читает старообрядческие книжки, дозволяет к двум сестрам ходить молодому человеку для обучения живописи, дает неприличные наставления. В результате отец Зосима при поддержке влиятельных родственников Васильевых был отстранен от попечительства обители, а Васильева стала первой настоятельницей монастыря. Вскоре наветы Васильевых вскрылись, благодаря слезному раскаянию последних, в Туринске росло недовольство жителей действиями властей. Именно поэтому, чтобы сохранить лицо при плохой игре, власти попросили отца Зосиму выехать за пределы Урала. Вскоре после отъезда отца Зосимы старец Василиск, все более нуждавшийся в уходе, переселился в монастырь и умер здесь 29 декабря 1824 года. Старец был погребен близь алтаря Вознесенской монастырской церкви, позднее над его могилой была поставлена часовенка.

История туринского монастыря связана с жизнью многих знаменитых людей. В конце 1820-х годов в Туринске часто бывал известный композитор А. А. Алябьев, создатель романса «Соловей», который в это время находился в ссылке в Тобольске. Композитор слыл заядлым картежником, однажды он хорошенько побил за нечестную игру партнера-помещика, после чего помещик умер. По этой причине Алябьев и оказался в Сибири. В Николаевском монастыре в это время устраивались концерты алябьевской духовной музыки.

Настоятельница туринского монастыря не раз останавливалась в Тобольске у матери гениального ученого-химика Д. И. Менделеева, по рассказам, вела с нею разговоры о знаменитых туринских старцах, вместе с которыми прибыла в Туринск из-под Кузнецка. Несколько раз бывала в обители сестра ученого Ольга, а другая сестра Менделеева, Аполлинария, страстно желала в этом монастыре постричься в монашки. Дмитрий Иванович специально ездил в Николаевский монастырь, чтобы изучить здешний быт. Убедившись в его суровости, вместе с матерью запретил Аполлинарии сделать ответственный шаг по причине слабости ее здоровья.

Главным благотворителем в истории обители был местный купец С. А. Чирков, владелец чайных плантаций в Китае. После нелепой смерти в 1911 году был похоронен на территории монастыря в специальном склепе-часовне. Рассказывают, что во время Гражданской войны в 1918 году кто-то из солдат зачем-то решил спуститься в этот склеп, при этом запнувшись, повредил ногу. Тогда военные власти распорядились завалить склеп, но местные жители воспротивились, установив возле часовни караул. На следующее утро тело Чиркова перезахоронили на городском кладбище, спустя годы это захоронение исчезло.

Вслед за утверждением Советской власти в Туринске сначала было конфисковано ценное имущество монастыря, а в 1922 году обитель была и вовсе закрыта. Монастырский храм был полностью разрушен, а кирпич с него пошел на строительство известной в Свердловской области спичечной фабрики. Лишь в 1996 году монастырь был возвращен Русской Православной Церкви. От старых строений Николаевского монастыря сохранилось два здания. В 2006 году при совместных усилиях местных предприятий на территории монастыря был выстроен новый храм во имя святого преподобного Василиска Туринского. Главной святыней храма стала частичка мощей преподобного Василиска.

Старцы Василиск и Зосима – прототипы героев романа Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы»

Преподобный Василиск, в миру Василий, родился в середине XVIII века в крестьянской семье в Тверской губернии. В детстве он самостоятельно выучился грамоте и, читая книги, все сильнее стремился посвятить себя Богу. Бывая в монастырях, он принимает решение уйти к пустынникам. Так он попадает в пустынь к иеромонаху Адриану. Там он и был пострижен старцем в мантию с именем Василиск. Вскоре он встретил своего духовного брата отца Зосиму Верховского, который также пришел к отцу Адриану, желая стать отшельником. Через 10 лет, уходя от суетной славы, по благословению старца Адриана отец Василиск и отец Зосима отправились в Сибирь, где около города Кузнецка положили начало туринской Николаевской обители. В Туринске Зосима жил при монастыре, являясь его попечителем, а Василиск – в крошечной келье в лесу, в отдалении от обители. После вынужденного отбытия отца Зосимы из Туринска, два великих пустынника трогательно, со слезами на глазах распрощались, чувствуя, что расстаются до вечности. Вскоре 90-летний Василиск по состоянию здоровья переселился в келью Зосимы у Николаевского монастыря, где умер и был похоронен, а отец Зосима в Москве вместе с частью сестер туринского монастыря основал Одигитриевскую обитель, где был похоронен после кончины в 1838 году. В 2004 году старцы Василиск и Зосима были причислены к лику общецерковных святых.

С жизнью туринских старцев познакомился, находясь в сибирском заточении, великий русский писатель Ф. М. Достоевский. Позднее много нового добавили письма и беседы с женами декабристов Н. Д. Фонвизиной и П. Е. Анненковой. В своем письме от 10 декабря 1879 года к редактору «Русского вестника» Н. А. Любимову писатель пишет, что прототипами для своего романа «Братья Карамазовы» берет образы туринских старцев. Зосима Туринский – это отец Зосима, а старец Василиск - «простенький монашек, из беднейшего крестьянского звания, брат Анфим», которого «старец Зосима любил и во всю жизнь свою относился к нему с необыкновенным уважением, многие годы провел в странствиях с ним вдвоем по всей святой Руси». Также из писем Достоевского Любимову становится понятно, что героиня романа Хохлакова – прототип коллежской советницы Васильевой с дочерью, а монашки, пришедшие с Зосимой из Сибири – прототипы «верующих баб».

Впервые на сходство Туринских старцев с героями романа Достоевского обратил внимание Р. Плетнев в 1933 году, затем Л. П. Гроссман, М. С. Альтман и другие. Главным образом, они основывались на сходстве житийных изречений Зосимы Верховского и литературного персонажа из романа Достоевского. Но находки туринского краеведа Ю. И. Клюшникова из архива журнала «Русский вестник» в Центргосархиве литературы и искусства России, где писатель прямо указывает на прообразы своих героев, ставят точку в этом вопросе. Очень схожи биографии туринских старцев и героев Достоевского, а также описание «подгорного монастыря» и туринской обители.

Самое сокровенное передает Достоевский устами Зосимы Туринского, изложенное в форме наставлений к Алеше Карамазову: «Пусть пока вокруг тебя люди злобные и бесчувственные. Найди в себе силы светить светом добра и истины во тьме жизни и светом своим озари путь другим. Может быть, тебе не дано будет узреть плоды эти – не умрет свет твой». Эпиграфом к своему роману поставил Достоевский любимые слова Зосимы Туринского из Евангелия от Иоанна, а перед смертью пожелал, чтоб были выбиты они на могильной плите: «Истинно, истинно глаголю Вам: аще пшеничное зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода».

Целебный источник у кельи отца Василиска

У заимки рядом с современным совхозом «Пролетарский» находится источник, возле которого по преданию была обустроена келейка отца Василиска после его переезда вместе с отцом Зосимой в Туринск. Келья его была крошечная с одним маленьким окошком. Пол в келье был земляной, в одном углу находилась глиняная печь, а в другом – земляная кровать, покрытая рогожей, над кроватью – медный крест и икона Божией Матери. Здесь отца Василиска любили навещать сестры, для которых по этой причине походы за грибами и ягодами были любимым занятием. Сам же старец свою пустыньку покидал очень редко, лишь в самых важных случаях посещая монастырь.

Сегодня верующие почитают как место, где находилась могила старца, так и заимку, где была обустроена его келья. Вода из близлежащего источника, который не замерзает и зимой, почитается целебной.

Нобелевский лауреат Алферов и сотовые телефоны

С 1941 по 1945 годы в Туринске вместе с семьей жил и с 5 по 9 класс учился будущий лауреат Ленинской и Нобелевской премий Жорес Алферов. Весной 1941 года Алферовы переехали на Урал, так как отца Жореса назначили директором Туринского завода пороховой целлюлозы. Сначала семья жила в многоквартирном доме, позднее переселившись в директорский коттедж, сохранившийся до наших дней в районе целлюлозно-бумажного завода. Рядом находилась школа, ныне в этом деревянном здании размещается станция юных техников. В этой школе Алферов впервые заинтересовался физикой, здесь начал посещать детскую техническую станцию. В Туринске будущий ученый прочитал свою любимую книгу В. Каверина «Два капитана». Здесь впервые выступил на сцене, прочитав «Аристократку» М. Зощенко. Однажды вместо заболевшей учительницы провел урок химии в 8 классе.

Учеба в Туринске стала основой научной деятельности Жореса Алферова. В 24 года он принимает участие в создании первых в Советском Союзе полупроводниковых приборов, а в 34 года основывает новое направление в полупроводниковой технике – гетероструктуры, то есть разные по химическому составу полупроводники, выращенные в виде одного кристалла. В 1968 году Алферов создал первый в мире полурповодниковый лазер. В США такой появился на год позднее. Сегодня лазеры Алферова обеспечивают оптико-волоконную связь, опутавшую весь мир, работу сотовых телефонов, лазерных проигрывателей, солнечных батарей в космосе. Без работ Жореса Алферова сегодня трудно представить современную физику.

Но в Туринске Алферов не только учился и занимался физикой. Здесь он в первый раз по серьезному влюбился. Бывало шалил. Рассказывают, как однажды Жорес сорвал контрольную работу в школе, подбросив в печь классной комнаты патрончики. Бывало сбегал с уроков, чтобы поиграть в бильярд в местном клубе. С друзьями любил гонять в футбол, играть в войнушку. Кстати, детская дружба с туринскими мальчишками в дальнейшем не прервалась, сохранившись через переписку и редкие, но долгожданные встречи. В Туринске Алферов побывал в 1968 и 2002 годах. Рассказывают, как однажды маленький Жорес ставил дома химический опыт, в результате которого распался очень красивый мамин сарафан. Надолго запомнилось, как однажды во время футбольной игры перерезал сухожилие о разбитую банку, а потом много дней провел в постели. Из Туринска на фронт ушел старший брат Жореса, Маркс, который погиб в бою. После войны Ивана Карповича, отца будущего ученого, назначили на новую должность в Минск, поэтому семья Алферовых покидает Туринск.

В 2000 году Алферову за заслуги в области физики присуждают Нобелевскую премию. Говорят, президент В. В. Путин, решивший поздравить Алферова по телефону, сильно удивился, узнав, что у одного из основоположников сотовой связи до сих пор нет сотового телефона. Пообещал подарить. Сегодня Жорес Алферов возглавляет цитадель российской физики, Физико-технический институт имени Иоффе, работает в качестве депутата Государственной думы от фракции КПРФ.

Тура

Город Туринск находится на реке Туре, которая дала жизнь городу. В дни весенних половодий с высокого берега Туры (с территории женского монастыря или за домом Ивашева) можно рассмотреть как широко и необозримо разливается река. С этого же берега можно увидеть мост, самый длинный на Урале и второй по длине в России, который недавно был построен, затем по этому мосту можно прокатиться. По протяженности мост почти два километра, но вместе с подъездами к нему и с развязками его протяженность составляет шесть километров.

С рекой Турой связано много интересных историй, легенд и преданий. К примеру, легенда о золоте Пугачева. Будто бы на совете повстанцев, когда их начали теснить правительственные войска, было решено, что золото, отнятое у помещиков, нужно до лучших времен где-то надежно спрятать. Атаман Грязнов предложил укрыть золото на Туре: вокруг много каторжных, в случае чего подсобят. Грязнову Емельян Пугачев и поручил выполнить это задание. Атаман с верными людьми будто бы добрался до Туры и ночью с плота на середине реки сбросил бочку с драгоценностями в воду.

В задуманном писателем В. Короленко романе «Небеглый царь» прозвучал этот эпизод. Со слов казака Кузнецова он записал рассказ, что будто бы дед того казака видел, как атаман Грязнов с пятьюдесятью людьми переправлялся на Средний Урал, а с ними был бочонок с золотыми монетами и украшениями.

Говорят, уже в наше время даже поступало предложение с областного телевидения организовать экспедицию для поисков пугачевского золота, но спасовали перед трудностями: за много лет дно реки сильно выросло за счет топляка и ила, да к тому же не известно даже примерное место, где, по легенде, пугачевцы могли скрыть свои сокровища.

Д. И. Менделеев

Заканчивая экскурсию по Туринску, многие окажутся на местной железнодорожной станции, первоначальная история которой связана с именем гениального ученого Д. И. Менделеева. Дело в том, что в 1899 году он возглавил экспедицию по изучению уральского железорудного производства. При этом Дмитрий Иванович высказался за вовлечение лесных богатств Зауралья в хозяйственную жизнь уральской промышленности. Готовя отчет правительству, Менделеев рисует схему прокладки дороги в сторону Тавды, через Ирбит и Туринск. При этом ученый изображает здание будущего вокзала в Туринске в виде популярного 100 лет назад домика в сказочном васнецовском стиле. До наших дней, в память о Менделееве, сохранился и тот вокзал и железнодорожная линия, предначертанная гениальным ученым.

 

Мы в соцсетях!